Перегибы?
Заседание по иску Игоря Степанова к “Российской газете” и Александру Бортникову было назначено на 27 ноября, однако глава ФСБ в Савеловский суд не явился. Истец подал ходатайство о вызове Бортникова в качестве свидетеля, но судья его отклонила. Игорь Степанов заявил отвод судье, но и на это получил отказ, после чего заседание по его иску было перенесено на 21 декабря.
– Что вас возмутило в публикации “Российской газеты”?
– В интервью Александр Бортников, с моей точки зрения, обеляет органы ВЧК, ОГПУ, НКВД и прочие, указывая на их высокую положительную роль в жизни СССР, в том числе на то, что репрессии были вызваны, с его точки зрения, не какими-либо действиями государства и что роль органов ВЧК в них достаточно мала. По его словам, это были какие-то перегибы на местах, а не то, что эти вот ВЧК, НКВД являлись инструментом репрессий, именно эти органы были использованы, чтобы уничтожать наш народ. Но предположения Бортникова о том, что это были перегибы, входят в противоречие с историей моей семьи. В иске я привел данные о своих родственниках, которые были священниками и были репрессированы, часть расстреляны, часть умерли в лагерях. И все они были абсолютно из разных мест. То есть если бы это были перегибы, то эти случаи были бы единичные. Но только в моей семье более 20 человек пострадали, а в России это миллионы. Есть закон о реабилитации жертв политических репрессий, где прямо указано, что миллионы граждан России пострадали, и, соответственно, никакими перегибами это оправдать невозможно. А самое главное, что такое перегиб? Это когда какое-то должностное лицо выступило незаконно, то есть совершило преступление. Любой человек, пострадавший от преступления, является потерпевшим. Государство реабилитирует, признает жертвами политических репрессий только тех, кто пострадал от действий тоталитарного государства. Если все это были перегибы, то все мои родственники являются не незаконно репрессированными, а просто потерпевшими, и реабилитировало государство их незаконно.
– А в вашей семье обсуждалась тема репрессий и то, что ваши родственники пострадали от них?
– В советское время нет, я это все достаточно недавно нашел.
– А вы сами ответили на свой вопрос – своих предшественников они не могут обвинить, потому что если они признают, что их предшественники действовали незаконно, то и они тоже незаконны. Вот и все, именно в этом дело. Собственно, к власти пришли у нас эти же вохровцы, тот же Бортников в этом интервью прямо указывает, что он горд носить звание чекиста, а чекисты расстреливали миллионы людей, 20 моих родственников. Получается, в том числе он и этим горд. Ну, извините, тогда о чем можно с ним вообще разговаривать? Он фактически совершил такой политический каминг-аут, признавшись, что он является последователем не той России с тысячелетней историей, к которой они пытаются примазаться, а наследником большевиков, которые в 1918 году захватили власть.
– Не является ли то, что на официальном уровне не могут однозначно осудить преступления сталинского времени, в том числе и популизмом, ведь среди народа немало людей сталинистских взглядов?
– Нет, они не могут это осудить, потому что они сами потомки тех, кто расстреливал.
https://www.svoboda.org/a/29627705.html