«Путин псарь заговорил как царь.Или как королева?»Мнение националистов и запутинцев о валдайской речи предводителя чекистов.

Владимир Путин выступил сегодня на закрытии Валдайского клуба с речью о национальной идентичности. Интернациональный лидер проговорил общие места о необходимости создания политической нации (не назвав, впрочем, вещи своими именами, а используя многосложные определения простых терминов), о том, что государства без национальной идентичности обречены на провал и т.д. и т.п. С этим всем сложно спорить, дьявол в деталях, а именно, в описании того, как Путин конкретно видит эту самую идентичность:

Мы ушли от советской идеологии, вернуть ее невозможно. Приверженцы фундаментального консерватизма, идеализирующие Россию до 1917 года, похоже, также далеки от реальности, как и сторонники западного ультралиберализма — иначе говоря, о восстановлении правопреемства с Исторической Россией можете даже и не мечтать. При этом ответа на вопрос, а какая у нас идеология, если не советская, со всем этим Культом Победы, городами воинской славы и с правящим классом из советских функционеров, Путин не дает, боясь назвать вещи своими именами. Никуда мы от советской идеологии не ушли и не пытались уйти, посмотрите хотя бы на нового московского назначенца — бывшего члена ЦК КПСС Долгих, отправленного на пенсию еще Черненко. Ага.

Между тем сегодня Россия испытывает не только объективное давление глобализации на свою национальную идентичность, но и последствия национальных катастроф ХХ века, когда мы дважды пережили распад нашей государственности — в духе Проханова, Дугина и прочих любителей экстрасенсорики, Путин полагает СССР продолжением российской государственности (хотя в самом СССР его за такое заявление посадили бы по статье за антисоветскую клевету). Видно прямое влияние пресловутого Изборского клуба, стремящегося утвердить мысль, что азиатская Гулагоджугашвилия — это просто переименованная Российская Империя.

В результате получили разрушительный удар по культурному и духовному коду нации, столкнулись с разрывом традиций и единства истории, с деморализацией общества, с дефицитом взаимного доверия и ответственности — историю переписывали, разрывая традицию, советские историки. Историки постсоветские по-прежнему рассматривают реальность с советских позиций, в советских терминах и формулировках. Что блестяще подтверждают дебаты вокруг Единого Учебника Истории, в которых НИКТО не предложил хотя бы отказаться от сталинского термина «Великая Отечественная Война».

Кроме того, отсутствие национальной идеи, основанной на национальной идентичности, было выгодно той квазиколониальной части элиты, которая предпочитала воровать и выводить капиталы, и не связывала свое будущее со страной, где эти капиталы зарабатывались — хорошо все-таки, что эту квазиколониальную элиту победили, и Тимченко с Ротенбергами в тюрьме… ой, нет. Можно, хотя бы выступая перед экспертами (не трудящимися!), не считать аудиторию за наивных идиотов? И да, передавайте привет в Голландию, доченькам.

Практика показала, что новая национальная идея не рождается и не развивается по рыночным правилам — вообще-то как раз именно что рождается и развивается по рыночным правилам, в ожесточенной конкуренции, «выживает сильнейший». По крайней мере сейчас, в информационную эпоху всеобщей грамотности и активного участия масс в политике.

Мы также понимаем, что идентичность, национальная идея не могут быть навязаны сверху, не могут быть построены на основе идеологической монополии. Такая конструкция неустойчива и очень уязвима, мы знаем это по собственному опыту, она не имеет будущего в современном мире — спасибо, что читаете «Спутник и Погром», кратко пересказывая наши тезисы о том, почему рухнет Культ Великой Победы после того, как уйдет породивший его путинизм.

Нужно избавиться от привычки слышать только идейных единомышленников, с порога, со злобой, а то и с ненавистью отвергая любую другую точку зрения. Нельзя даже не перекидывать, а пинать будущее страны, как футбольный мяч, окунувшись в оголтелый нигилизм, потребительство, критику всего и вся или беспросветный пессимизм. А это значит, что либералы должны научиться разговаривать с представителями левых взглядов и, наоборот, националисты должны вспомнить, что Россия формировалась именно как многонациональное и многоконфессиональное государство с первых своих шагов, и что, ставя под вопрос нашу многонациональность, начиная эксплуатировать тему русского, татарского, кавказского, сибирского и какого угодно еще любого другого национализма и сепаратизма, мы встаем на путь уничтожения своего генетического кода. По сути, начинаем уничтожать сами себя — а вот это уже просто волшебно. В одном абзаце:

Тезис А: нужно научиться слушать идеологических оппонентов и искать компромисс.

Тезис Б: русский национализм абсолютно неприемлем, все, кто ставят под вопрос многонациональность — враги, подлежащие уничтожению. Так сказать, все идеологии равны, но некоторые не имеют права на существование.

Но вообще, мысль верная — встав на путь русского национализма, советский человек уничтожает сам себя, превращаясь в человека русского. Этого, конечно, никак допустить нельзя.

Суверенитет, самостоятельность, целостность России — безусловны. Это те «красные линии», за которые нельзя никому заходить — Владимир Владимирович как бы отвечает на вопрос про референдум об отделении Чечни.

Нельзя больше заниматься самообманом, вычеркивая неприглядные или идеологически не удобные страницы — прекрасные слова накануне принятия закона о запрете критики Красной Армии. Видимо, предполагается, что приглашенные эксперты живут в подземных ледяных пещерах и вообще не в курсе про законодательный контекст современной Эрефии.

Мы должны гордиться своей историей, и нам есть, чем гордиться. Вся наша история без изъятий должна стать частью российской идентичности — иначе говоря, советчина должна стать частью российской идентичности,

«наши ГУЛАГи самые красивые, пум-пум-пум, пум-пум, пурум!». Мысль о том, что русские имеют весьма слабое отношение к кровавым деяниям советского народа, очевидно, ужасает Путина. «Как так — и не палачи?»

Еще на один принципиальный аспект хочу обратить внимание. В европейских, да и в ряде других стран, так называемый мультикультурализм, во многом привнесенная, искусственно сверху внедряемая модель, ставится сейчас под сомнение, и понятно почему. Потому что в основе лежит своего рода плата за колониальное прошлое. Неслучайно сегодня политики и общественные деятели самой Европы все чаще говорят о крахе мультикультурализма, о том, что он не способен обеспечить интеграцию в общество иноязычных и инокультурных элементов — я, в принципе, согласен, но когда это говорит президент страны с Северным Кавказом и Исламской Республикой Кадыровстан, единственная возможная реакция — фейспалм. Как бы ничего, что у нас внутри страны без всякого мультикультурализма уже по факту исламские государства существуют? Никак не смущает, не?

Вы знаете, я с интересом узнал (не знал даже), в советское время так внимательно к этому относились, почти каждый маленький народ имел свое печатное издание, поддерживались языки, поддерживалась национальная литература. Кстати говоря, многое из того, что делалось в этом смысле раньше, нам нужно бы вернуть и взять на вооружение — а вот и пошла конкретика, национальная политика и дальше будет советской (см понятое большое эссе Слезкина), с «новой исторической общность — советским народом» и прочей мерзостью.

Эта поликультурность, полиэтничность живет в нашем историческом сознании, в нашем духе, в нашем историческом коде. На этом естественным образом тысячелетие строилась наша государственность — в российском государстве тысяча лет был один доминирующий этнос и одна доминирующая культура. Спросите у обрусевших крестившихся татар. Вы врете, господин Путин, и вы знаете, что вы врете.

Именно из модели государства-цивилизации вытекают особенности нашего государственного устройства. Оно всегда стремилось гибко учитывать национальную, религиозную специфику тех или иных территорий, обеспечивая многообразие в единстве — да нет, Россия просто была классической Империей Старого Порядка, с лояльностью населения не нации, а суверену. Последнее, о чем думал Император — это о многообразии в единстве, спросите того же Ермолова.

Однако идентификация исключительно через этнос, религию в крупнейшем государстве с полиэтническим составом населения, безусловно, невозможно — Россия по всем параметрам моноэтничное государство с одним, доминирующим с огромным отрывом, государствообразующим этносом. Пожалуйста, перестаньте врать, спасибо.

Формирование именно гражданской идентичности на основе общих ценностей, патриотического сознания, гражданской ответственности и солидарности, уважения к закону, сопричастность к судьбе Родины без потери связи со своими этническими, религиозными корнями — необходимое условие сохранения единства страны — простите, господин президент, но гражданская идентичность ВСЕГДА формируется на основе общей культуры, общей истории и общего видения будущего, каковые общности у русских и каких-нибудь дагестанцев принципиально разные. По сути, вы сейчас пытаетесь выдвинуть фундаментом гражданской нации лозунг «за все хорошее против всего плохого», уходя вместо конкретных ответов в демагогию. Но я вас понимаю — весь ваш Валдайский клуб, устранив русских, русский национализм и историческую Россию, так и не смог ничего придумать взамен нас, поэтому вы вынуждены прибегнуть к риторическим фокусам. «Новая Россия формируется на основе общих ценностей „чтоб дети не болели и всегда светило солнце“, кто против?»

Против — любой человек, закончивший хотя бы среднюю школу и понимающий, что вы несете бессодержательную пургу.

Но глубоко убежден в том, что в сердце нашей философии должно быть развитие человека, развитие моральное, интеллектуальное и физическое — и ни слова про, собственно, права человека и права личности. «Попытка прикинуться типичным западным гуманистом».

Будущий Евразийский экономический союз, о котором мы заявляли, о котором мы много говорим последнее время, это не просто набор взаимовыгодных соглашений. Евразийский союз — это проект сохранения идентичности народов, исторического Евразийского пространства в новом веке и в новом мире — «А вы, свиньи неблагодарные, визы со Средней Азией ввести требуете, оскорбляя наших евразийских братушек!» — подумал Путин, но вслух ничего не сказал.

Упрочив свою национальную самобытность, укрепив свои корни, оставаясь открытыми и восприимчивыми к лучшим идея и практикам Востока и Запада, мы должны и будем идти вперед — это на фоне подавления русского национализма («национальная самобытность»), превращения РПЦ в отдел пропаганды Кремля («укрепив корни»), отказа от форсированной индустриализации по типу Китая (друг ситцевый Кудрин, все эти годы выводивший деньги из экономики), инновационной экономики США (для которой требуется независимая судебная система и реально работающее право собственности) и истерик про «загибающуюся Гейропу», от которых Путин не удержался даже в этом своем обращении.

Итого: сказать по сути Путину нечего, ничего кроме дальнейшего паразитирования на лайт-версии совка он предложить не может и не пытается, причем ряд утверждений прямо противоречат реальности.

Путинцы и их приспешники! Сдавайтесь! У вас нет и не будет никакого выхода, кроме построения русского национального государства с русской политической нацией во главе! Вы еще можете войти в историю, инициировав трансформацию РФ в Россию, избежав сценария катастрофического обвала. Ваш Валдайский клуб показал вашу полную духовную, нравственную и идеологическую нищету, фактически зафиксировав идейное поражение путинизма и отсутствие каких-то вариантов развития кроме «тихо доживать свой век, а там будь что будет».

Вы бесплодны. Вы дряхлы. Вы глупы. Вы растеряны. Вы занимаете не свое место, и единственное, что вы можете сделать — выторговав себе гарантии безопасности, уйти на покой. Сопротивление бесполезно, потому что вы сопротивляетесь не политическим силам, не партиям и даже не народу.

Вы сопротивляетесь реальности. И сил у вас осталось немного.

Спутник и Погром.

****

Вчерашняя речь Президента России перед участниками международного дискуссионного клуба «Валдай» обречена войти в историю как некий рубеж в политическом развитии современной России. Это событие такого же масштаба, как знаменитая уже речь, произнесённая Президентом России на Мюнхенской конференции по вопросам политики безопасности 10 февраля 2007 года. Та речь стала прологом к проведению Россией самостоятельной внешней политики, итогом чего стал сирийский триумф, когда Россия впервые в новейшей истории сумела остановить агрессию мирового гегемона США против суверенного государства. Валдайская речь, надеемся, станет прологом к формулированию государственной идеологии, без которой невозможно национальное единство и подлинное возрождение России.

Валдайскую речь Путина, думаю, адекватно можно понять в контексте последних заявлений и действий нашего Президента.

Напомню, на мой взгляд, главное.

В конце июля Владимир Путин принял участие в торжествах, посвященных 1025‑летию Крещения Руси в Киеве. Президент России принял участие в молебне и посетил Киево‑Печерскую Лавру, где встретился с архиереями и духовенством Украинской Православной Церкви Московского Патриархата. Путин говорил о духовном фундаменте нашего единства, о том, что мы «наследники духовных ценностей Днепровской киевской купели». Однако главные слова были сказаны им не в его речи, а в ходе общения с духовенством и были процитированы даже не всеми СМИ. Президент России сказал: «Духовное единство является настолько прочным, что не подвержено никаким действиям властей – ни государственных, ни, позволю себе даже себе сказать, церковных. Потому что, какая бы власть над людьми ни была, но крепче, чем власть Господа, ничего быть не может». Прочитав это, я подумал, что Путин заговорил как царь.

Потом была Сирия. После того как Путин сумел переломить ситуацию, заставил США отказаться от агрессии против Сирии, многие политологи заговорили, что Россия фактически восстановила биполярный мир, который существовал во времена СССР. Ну если еще не восстановила, то, по крайней мере, находится на пути к восстановлению. В любом случае, после сирийского кризиса в мире складывается новая политическая ситуация. Эпоха гегемонии США уходит в прошлое, – и это уже, что называется, медицинский факт. Россия становится альтернативным центром мировой цивилизации.

И тут возникает закономерный вопрос: каково идеологическое наполнение этого центра. В советскую эпоху биполярный мир имел идеологическую форму противостояния капитализма и социализма. Сейчас некоторые говорят, что Россия должна стать лидером антизападного мира. Об этом, в частности, пишет Эдуард Биров в своей в целом интересной статье «Россия восстановила двуполярный мир».

Однако сам Путин неоднократно подчеркивал, что он не хочет превращения России в противника Запада. И в этом Путин абсолютно прав.

В этом Путин демонстрирует себя продолжателем традиций русской национальной политической мысли и политической практики.

Мой друг Константин Душенов, комментируя речь Владимира Путина, написал: «Судя по этим тезисам, Путин, конечно же, либерал. Но он либерал настоящий, классический, идущей в русле той русской либерально-патриотической традиции, к которой принадлежали многие русские мыслители конца девятнадцатого – начала двадцатого века». Глубочайшее заблуждение! В этой речи Путин предстал как раз как наследник русской консервативной политической традиции. Об этом свидетельствует уже такой штрих, что раньше Путин в речах идеологического характера цитировал Ивана Ильина, крупного русского мыслителя, но все-таки как раз умеренно-либерального, западнического толка (в годы революции Ильин был кадетом). Теперь же Путин цитирует Константина Леонтьева – не менее яркого мыслителя, но определенно антизападнического и одновременно жесткого критика националистически понимаемого славянофильства, певца русской империи-цивилизации. На что совершенно справедливо обратил внимание в своем по обыкновению остроумном и тонком комментарии священник Александр Шумский.

России недостаточно стать анти-Западом, Россия, по точному слову нашего национального гения Федора Михайловича Достоевского, должна сказать миру новое слово. Новое слово по определению не может быть враждебным Западу, поскольку оно должно быть обращено ко всему человечеству, в том числе и к Западу. И не только сказать новое слово должна Россия. Но и, по сути, стать нравственным маяком для человечества, погружающегося в пучину безнравственности, утраты не только идеалов, но и самих ориентиров жизни (чего стоит «свободный» выбор половой принадлежности). Результатом этого безумия может стать только диктат грубой силы, что и пытались осуществить Штаты в отношении Сирии. И Путин в своей Валдайской речи об этом говорит прямо. Он обличает Запад в отказе от традиционных христианских идеалов, в отказе от Бога!

Ну что могла противопоставить Натовской армаде у берегов Сирии пока еще слабая в военном отношении Россия? Разве могла наша спешно собираемая со всех флотов Средиземноморская эскадра стать серьезной преградой для флота США и их союзников?! Вопрос риторический.

Россия могла противопоставить агрессору только правду и справедливость. И как только Путин вслух сказал правду – военная операция США и НАТО против Сирии в обход Совета Безопасности ООН, в нарушение международного права будет агрессией против суверенного государства, – американцы «стухли». Никто из сильных мира сего не решался прежде говорить им в лицо такую правду. А чего стоит прямое и жесткое обличение во лжи госсекретаря США?!

Россия отстояла правду и справедливость в международных делах. После сирийского конфликта Россия законно становится моральным лидером человечества!

И мы, православные люди, прекрасно понимаем, что на роль морального лидера человечества Россия становится не в силу каких-то политических ухищрений нашей власти и политтехнологических манипуляций. Мы сталкиваемся с очевидным действием Промысла Божия в истории. Ну кто мог еще несколько лет назад предположить, что в качестве главной задачи Запад поставит защиту прав гомосексуалистов. Это – полный разрыв с христианской традицией! И таким образом сама логика истории, говоря церковным языком, сам Промысл Божий подталкивает Россию и ее национального лидера Владимира Путина стать защитником нравственности, стать моральным центром человечества.

В Валдайской речи Путин точно сформулировал суть переживаемого нами момента: «Россия возвращается к самой себе»! Вперед к нашей традиции! Вперед к самобытной цивилизации! Вперед к Третьему Риму!

И по сути, Валдайская речь Путина – это призыв к обществу, к нам с вами, дорогие читатели, принять участие в формулировании русской идеологии, идеологии возрождения России.

По сути, нам нужно современное прочтение уваровской триады: Православие, Самодержавие, Народность.

Может быть, она будет звучать так: Россия должна и вовне и внутри стать государством правды, справедливости и совести.

Анатолий Степанов, главный редактор Русской народной линии