Приятного схода лавины, дамы и господа!
Поговорим о странных звуках, доносящихся из подвала, о детских качелях, качающихся без всякого ветра, поговорим об искаженных отражениях, мелькающих в мутных зеркалах, о шёпотах, шорохах и криках, рождающих ледяной холодок на спине председателя Правительства Российской Федерации Дмитрия Анатольевича Медведева, когда он отдыхает на своей даче в Плесе. Поговорим о наливающихся кровью и обрастающих плотью призраках грядущего, которые от протяжных стонов во тьме уже перешли к киданию поленьями в зазевавшихся членов избирательных комиссий и, видимо, будут и дальше с утроенной скоростью прорастать в нашу реальность из смутных ночных кошмаров высшей бюрократии РФ.
Иначе говоря, давайте обсудим выборы в Государственную думу Российской Федерации VII созыва.
Обсуждать особо нечего: в 2011 году ЕР, превозмогая, как персонажи «Вархаммера», протест городского среднего класса, набрала 32 миллиона голосов. О, господи, что это была за битва! Что это было за сражение! Что это были за подвиги — подвиги, о которых Дмитрий Анатольевич будет рассказывать дрожащим ФСОшникам, пока они вместе будут прятаться в подвале от ищущих их наверху пробудившихся демонов. В 2016 году без всякого сопротивления, триумфально расшибая, словно пьяный хулиган на пляже, песочные замки песочной оппозиции, ЕР получила… 27 миллионов голосов. На 5 миллионов меньше. Более того, как свидетельствуют подсчеты физика Сергея Шпилькина, даже из этих 27 миллионов голосов около 45% нарисованы самым грязным и пошлым образом, вот понятная картинка:
Математика, бессердечная ты сука!
Поясню, что вы видите на картинке: вы видите зависимость количества отданных за партию голосов от явки, каковая зависимость должна быть в виде колокола. Грубо говоря, на участок А пришло 100 человек, каждый из которых проголосовал за любимую политсилу. А на участок Б зашли сначала 100 человек, которые проголосовали так же, плюс еще 20 человек, которые отдали свои голоса исключительно за «Единую Россию». Такой феномен называется «вброс бюллетеней» (или «подвоз избирателей» ака «карусель»), и именно эти вбросы заштрихованы красивыми фиолетовыми штрихами на графике выше. У всех остальных партий, кроме «Единой России», как вы можете наблюдать, таких аномалий нет.
То есть вместо 27 миллионов за ЕР реально проголосовали 14 миллионов избирателей из вообще 111 миллионов избирателей, имеющихся в нашей прекрасной и великой стране. Проправительственная пресса сейчас заполнена публикациями о том, как ничтожные либералы проиграли выборы великой и прекрасной «Единой России», какой это всё триумф воли, чести и совести. Пролиберальная пресса сейчас заполнена публикациями о том, почему всё плохо, кто виноват и что делать. И никто — ни власть, ни оппозиция — не пишут о самом важном, самом главном, самом очевидном, что следует из сверхнизкой явки (официально — 47.8% против 60.2% в 2011 году, реально — около 37%) и фантастическом рисовании за «Единую Россию».
Что ж, скажу я. Высшая степень враждебности — это не когда вас кроют последними словами, нет. Когда вас кроют последними словами, то надеются, что вы прислушаетесь, расплачетесь и упадете на колени. Ну или что хотя бы вам станет больно и плохо, кроющим вас по крайней мере интересно, как вы там, какие у вас реакции. Ругань — это одна из попыток установить коммуникацию, это — форма коммуникации, пусть даже предельно уродливая и несимпатичная.
Высшая форма враждебности — это когда вас перестают замечать в упор. Что, наконец, и произошло на выборах 2016 года. С чем я искренне, чисто и радостно поздравляю как оккупационные власти, так и переставшее пытаться что-то объяснить гауляйтерам общество. При этом разрыв коммуникации происходит не на фоне изобилия («Сынок, а что ж ты 20 лет молчал, мы думали, ты немой! — Так раньше все нормально было»), а на фоне быстро и очевидно ухудшающегося уровня жизни, когда вместо абстрактных политических свобод вопросами дня становятся конкретные цены на хлеб (правительство, например, обсуждает повышение НДС, каковое повышение ударит по всем, вне зависимости от дохода и профессии).
То есть жизнь все хуже и хуже, а интереса что-то объяснять долбоёпам даже у самой политически-активной части общества — все меньше и меньше. «Наверное, не надо больше общаться с генералом СС Пуффеным. Похоже, генерал Пуффен работает на Берлин!» — на 16-й год догадались партизаны. Лучше всего процесс догадывания иллюстрирует величественный и прекрасный пост полковника Иванова, который баллотировался от партии «Родина» («Спецназ президента») в Свердловской области, с треском пролетел, после чего у него, что называется, открылись чакры:
Запоздали вы, мужчина, патриоты это поняли в 1996г., а офицеры это уже после Донбасса окончательно поняли.
И таких полковников Ивановых по стране — 85% (это и те, кто не пришли на выборы, и те, кто голосовали за другие партии, надеясь выиграть у генерала Пуффена). О том, что будет дальше, позвольте процитировать пост господина Галковского от 2004 года, написанный через год после последних свободных выборов, когда националистам была кинута подачка в виде «Родины», и в целом царило ощущение, что пусть со скрипом, но хаос 90-х преодолен, и впереди только постепенное демократическое развитие:
Но сейчас-то… Это всё канканирование семнадцатипроцентной шантрапы перед восьмидесятитрёхпроцентным океаном. Который рано или поздно своим умом, стихийно дойдёт до известной сталинской формулы: «Надо бить. Бить по зубам». В рамках этой «парадигмы» все семнадцатипроцентные татарскоеврейскодагестанскочукотскоарлекинские идеи будут выглядеть очень бледно. Собственно последние 20 лет — это проедание идеологического капитала СССР. Никаких контактов с 83% нет, русских ничего не затрагивает. Все подтасовки, передёргивания и напёрстки — на почве 17%. Это самоубийственное варение в собственном соку. Русской интеллигенции — НЕТ. Нет интеллигенции — нет коммуникаций. Нет коммуникаций — нет управления. Нет управления — есть физический ландшафт. Ландшафт, с которым новые российские евреи будут, точнее, уже начали контактировать на уровне «Эге-ге-гей». ОГРЕБУТ ПО ПОЛНОЙ ПРОГРАММЕ. Будет вам и большой брат, и человек-собака, и третий рим, и какава с чаем.
В одном только мэтр ошибся — не 83%, а 85%. До полковника Иванова и всех других Ивановых нашей величественной и прекрасной Родины (без кавычек) наконец дошло. Повторю свой прогноз, сделанный в 2012 году сразу после выборов президента, когда либеральная общественность писала панические колонки про «это навсегда» и «эмиграцию»: до 2018 года Путин не досидит.
15%, «навсегдаты». ПЯТНАДЦАТЬ ПРОЦЕНТОВ. Приятного схода лавины, дамы и господа!
Съезд народных депутатов СССР, 1990 год.
Спутник и Погром
* * *
В 2011 году ЕР получила 32 миллиона голосов. В 2016 – 27 млн. При этом после анализа “пилы Чурова” выходит, что до 45% результата ЕР тупо нарисовали. То есть реально “партия власти” получила около 14 млн голосов. На 111 млн избирателей. Единовброс, надрывно:- Народ свой выбор сделал! Мы – большинство! Уважайте выбор большинства!
+++
Рисование – важнейшее из искусств для кремлёвских чекистов.
Спутник и Погром
* * *
ЭЛЬ МЮРИД: МАТЕМАТИКА.
В увлекательную работу по изучению итогов выборов включились люди, которые математику учили не для ЕГЭ, а как надо. И потому способны понять, что значат те или иные цифры.
Вывод первичных обзоров доступной и открытой статистики по выборам – они сфальсифицированы. Причем существенно. Единая Россия получила до 45 процентов “нарисованных” голосов от общего числа официально поданных за нее.
Если учесть, что выборы 11 года дали официальный результат поданных за ЕР голосов примерно в 32 млн, то в 16 году официально – около 20 млн. То есть – катастрофический провал даже по официально опубликованным данным. Но если прислушаться к аргументам людей, проанализировавших статистику, то за ЕР вчера проголосовало порядка 11 млн. В реале.
На всех графиках всё, что касается Единой России, полностью выбивается из общей картины и нормального распределения. Абсолютно все – от явки до глосов.
В общем-то, никакого удивления и никаких иллюзий – правила сегодняшней игры именно таковы. Если у кого-то есть надежда, что выборами можно изменить хоть что-то, тот может снимать наведенный морок этими графиками. В них все кристалльно чисто и честно – если нужно приписать – припишут. Нужно вбросить – вбросят. Столько, сколько нужно. Вот то, что заштриховано вертикальной розовой штриховкой – это и есть фальсификат. Наглядно и очевидно.
Единственная специфика и отличие выборов-16 от 11 года в том, что крупнейшие мегаполисы в этот раз вообще не трогали и ничего не приписывали. В отличие от 11 года, когда данные именно по Москве были грубейшим образом сфальсифицированы – что, собственно, тогда и показал анализ Сулакшина, в этот раз и Москву, и Питер оставили “как есть”. И как раз поэтому статистика Москвы и Петербурга находится в полном порядке. Основные проблемы были в этот раз наоборот – в провинции.
Данные по явке в качестве примера:
Но даже не это главное. Главное в том, что вбросы и фальсификации – это не какой-то сферически-вакуумный процесс. Его делают совершенно конкретные люди. И если по всей стране искаженная и ненормальная статистика (за исключением Москвы и Петербурга) – то искажали ее вполне конкретные люди. Тысячи людей. Системно и без страха уголовного преследования и наказания.
Это и позволяет ставить вопрос. А вообще – в нашей стране в принципе возможно провести честные выборы? Вот, допустим, случится что-то, и придется в срочном порядке проводить всенародное голосование. Какова вероятность того, что эта машина, заточенная и профессионально способная рисовать любой требуемый результат, гарантирует реальную картину?
Судя по всему, для того, чтобы гарантировано узнать реальную волю народа, нужно как минимум полностью зачистить всю систему избирательных комиссий. Отстранить от участия в комиссиях всех этих учителей, общественников-бюджетников и прочих подневольных крепостных, которые послушно будут считать, вбрасывать, приписывать и фальсифицировать. Причем не видя в этом вообще ничего предосудительного (не говоря уже о том, что вообще-то речь идет об уголовщине серьезного уровня. За лайк в интернете можно сесть всерьез на много лет, а за фальсификацию воли народа – тебе еще премию выпишут).
В таких диких, как у нас, странах, кстати, выборами занимаются судьи. Тоже, прямо скажем, публика подневольная, но на порядок более независимая и менее управляемая, чем учителя и общественники. И наказания за фальсификации очень недетские. Как результат – никому в голову не приходит сомневаться в результатах. Они таковы, как огласили – и, кстати, со статистикой там все в полном порядке.
Именно поэтому в диком Египте была революция, сносили вначале одного диктатора, затем другого – но выборы проходили как часы, и к их результатам было практически полное доверие, а их результаты признавали все, включая и проигравшую номенклатуру. Египетская номенклатура, напомню, пошла в 13 году на государственный переворот, но фальсифицировать выборы, чтобы не допустить к власти братьев-мусульман, ей даже в голову не пришло – система была выстроена так, что это было сделать невозможно. Мы, получается, в этом списке даже более дикая страна, чем революционный Египет. И почему нас с Европой сравнивают, никак понять не могу.
использованы материалы:
http://el-murid.livejournal.com/2959007.html
* * *
Журналисты Slon.ru математически обнаружили признаки масштабных фальсификаций на выборах в Госдуму.
На графике распределения голосов за партию на участке с данными по процентам видно, что при соответствии кривой голосов нормальному распределению явка составила бы 37%, а не 47%, как было объявлено Центризбиркомом.
Похожий результат получился у физика Сергея Шпилькина. Согласно его расчётам, при нормальном распределении «Единая Россия» получила бы 40%, а не 54,17%, а явка равнялась бы 36,5%, а не 47,76%. В таком случае ЛДПР, КПРФ и СР в сумме получили бы 42,97% голосов, но не конституционное большинство в Госдуме: помимо выборов 225 депутатов по спискам партий, ещё столько избираются по одномандатным округам.
На проход других партий в Госдуму нормальное распределение тоже не повлияло: лишь «Коммунисты России» получили бы 3,02% голосов, что дало бы их партии госфинансирование. У «Яблока» по подсчётам Шпилькина всё равно получается 2,54%.
Кажется, в статистике не видно следов организованного отъёма голосов. Искажения выглядят как практически чистый вброс (давно такого не было).
Сергей Шпилькин, выпускник физического факультета МГУ, исследователь электоральных процессов в России