Предприниматель, бывший директор Подольского цементного завода, создатель двух музеев антибольшевистского сопротивления и энтузиаст возрождения казачьей культуры Владимир Мелихов получил 13 июня один год ограничения свободы по ст.222 за старинные револьвер и кожух-затвор из музейной коллекции. В приговоре судья полностью проигнорировала показания экспертов даже со стороны обвинения, согласно которым револьверы не являются оружием, а лишь могут быть переделаны в боевые.
Как рассказывал сам В. Мелихов, следователи не раз «советовали» ему: «Убери мемориал, убери музей, купи себе дом в Испании и живи спокойно». Даже не назначили меру пресечения в виде подписки о невыезде. Но уезжать он не собирался, объясняя это тем, что не хочет бросать друзей и соратников по общественной и политической деятельности: «Бросить их — значит поколебать их устремления и надежды, которые скрашивают их жизнь в нашей мерзкой действительности…».
Но детей и внуков из страны он решил увезти: «Уже четыре поколения моего рода подвергаются целенаправленному унижению, неправовому преследованию и тирании. Этот беспредел обусловлен только одним — все предшествующие поколения моей семьи и я сам не желали жить в неволе под властью подлецов и негодяев, не желали принимать для себя их человеконенавистническое мировоззрение и отведенную ими для нас рабскую роль, не желали стать винтиком их деспотичной системы. <…> Эта система мерзка тем, что она опустошает душу, вытравливает из нее все доброе и заполоняет её ненавистью, злобой, презрением, и вот с этим приходится жить, стремясь самому остаться человеком. <…> Именно поэтому я и решил: их грязные руки и подлые методы пусть напоследок дотянутся только до меня. И на этом их геноцид нашего рода закончится».
Борис Цейтлин поговорил с Владимиром Мелиховым о его деле и его политических взглядах.
— Владимир Петрович, известно ли вам, кто стоит за вашим преследованием
— Что касается фамилий тех, кто участвовал в обыске, потом следователи и прокуратура, так это шестерки — им приказали, они исполняют. О тех, кто даёт им команды — могу только догадываться. По моим предположениям, это группа чиновников и сотрудников ФСБ, которые объединены тремя основаниями. Первое — это связь с русским зарубежьем. Они хотят его подчинить или подкупить. Наша связь с наиболее авторитетными людьми в русском зарубежье этого не позволяет. Второе — стремление полностью подчинить себе казаков и сделать их всех холуями режима. Наш мемориал в Еланской самим своим существованием этому препятствует. И третье — идущее сейчас полным ходом формирование новой российской (а точнее, неосоветской) идеологии, в вершине которой они хотят поставить «его величество» государство и его мощь (какой они себе ее представляют). После посещения наших музеев и мемориалов у людей не остается сомнения, что подобная идеология ведет только к деградации общества и личности человека. И избежать этой деградации возможно только тогда, когда во главу угла при построении государства будет поставлен Человек — его достоинство и его достойная жизнь в этом государстве.
— Это преследование началось с вашей деятельности по строительству памятной часовни в Лиенце?
— Началось это гораздо раньше. Ещё с 90-ых годов, когда мы создали первый в России храм в честь царственных мучеников под юрисдикцией Российской Православной Церкви Зарубежом, а затем и подворье РПЦЗ в России. Усилилось давление с момента открытия первого мемориала «Донские казаки в борьбе с большевиками» в станице Еланской на Дону в 2007 году, а впоследствии и музея Антибольшевистского сопротивления в Подольске в 2010 году. Ну а уж когда мы построили Часовню в Лиенце, они просто решили окончательно разобраться со мной.
— Давление из-за РПЦЗ шло от РПЦ или с Лубянки?
— Официально все шло от местного архиерея РПЦ и от администрации города и района. Но было абсолютно очевидно, что они это исполняли безо всякого удовольствия, то есть гнобили нас из-под палки по команде сверху.
— В одном своем посте, посвященном вашему Музею, я сравнил геноцид казаков с Холокостом. Один мой френд, даже не будучи социалистом, ответил на это, что казаки не были безвинными жертвами, потому что в царской России «исполняли роль опричников», имея в виду подавление крестьянских, студенческих и национальных бунтов, а их естественное право на самоуправление было получено как привилегия за эту службу. Что бы Вы ему ответили?
— Это очень характерная ошибка, свойственная всему постсоветскому обществу. И это — абсолютное непонимание предшествующей истории и манипулирование теми ложными фобиями, которые были вбиты в сознание в советское время и в нынешнее. Но главное, это абсолютное пренебрежение принципами гуманизма и человечности.
В чем это выражается? Во-первых, допустим, что казаки в действительности подавляли крестьянские, студенческие и прочие волнения в Империи. Но даже в советской историографии вы нигде не найдете, что при подобных подавлениях убивались крестьяне, студенты, рабочие. Что их дома казаки сжигали, а людей расстреливали по признаку их принадлежности то к крестьянам, то к рабочим, то к студентам.
А вот казаков уничтожали физически — от мала до велика — всего лишь по одному признаку: относится человек к казакам или нет. Их хутора и станицы сжигали дотла, оставшихся в живых выселяли на смерть в безлюдные места Казахстана и Сибири. С них сдирали кожу, выкалывали глаза, резали на ногах лампасы. Не чрезмерна ли кровавая месть за синяк от плетки на спине протестующего студента? Ну а теперь, не предполагая, а говоря исторически-документированными фактами:
Во-первых, казаков посылали в места, где происходили бунты и демонстрации, только тогда, когда возникала опасность доведения этих бунтов до вооруженного конфликта между бунтующими и конной жандармерией. Именно конную жандармерию всегда и выдавали последующие «историки» за казаков. Казаки же в таких случаях стояли позади конной жандармерии и их роль заключалась только в том, что когда разгоняющим демонстрацию или протесты жандармам грозила физическая расправа, они вступали в данный конфликт как сила, защищающая этих жандармов от физической расправы. При этом применение огнестрельного оружия либо холодного оружия (шашка) казаками не осуществлялось, а использовалась только конская плётка. Но даже подобное использование казачьих подразделений самими казаками воспринималось крайне негативно, и поэтому есть довольно большое количество документов, где офицеры по требованию казаков писали докладные вышестоящему руководству о нежелании казаков участвовать в разгоне манифестаций и т.п.
Во-вторых, казачьи части также применялись во время революционных выступлений и бунтов крестьян в 1906-07 гг. Но не как карательные подразделения, о чем неоднократно писали советские историки, а как фактор стабилизирующий и умиротворяющий, направленный на защиту жизни тех, против кого бунты были направлены. Например, есть огромное количество воспоминаний казаков, участвовавших в подобных мероприятиях. Некоторые из них напечатаны в мемуарах, некоторые представлены в дневниковых записях, интервью и т.п. во множестве периодических изданий Зарубежья. Вот один из них — рассказ казака Строгова, где он рассказывает, как они подъехали к дворянской усадьбе, на ступенях которой лежали убитые местными крестьянами сам хозяин усадьбы, двое его детей и люди из прислуги. Жандармы разгоняли мятежников, а подъехавшие казаки, вместе с жандармами, выискивали зачинщиков и препровождали их в амбар. Часть приехавших на усадьбу казаков была направлена командиром сотни в соседнюю деревню, где была опасность такого же погрома для другой дворянской семьи. Среди этой части был и казак Строгов. Когда они прискакали к усадьбе, то дверь барского дома уже выламывалась мятежными крестьянами, а в окна первого этажа ими бросались горящие факелы. Подъехавшие казаки отогнали крестьян от дома, вывели оттуда семью и прислугу, помогли загасить пожар в доме, а потом, усадив их на подводы, отправили в рядом находящийся уездный город под охраной двух казаков. Сами же остались на этом подворье на ночлег. Вечером развели костер во дворе и стали готовить себе пищу. Как всегда это бывает на казачьем бивуаке, кто-то запел казачьи песни, а отдыхающие казаки ее подхватили. Постепенно вокруг стали собираться местные крестьяне, завязался разговор, и казаки начали у них спрашивать, почему они решили лишить людей жизни, а на подворье сожгли амбары с хлебом, побили скотину и т.п. Ну, если уж вы бунтуете, то выгнали бы барина из дома, забрали бы хлеб и скотину себе, поделили или спрятали, но не убивали людей и не уничтожали бы продукты собственного труда. Для казаков было абсолютно непонятно, как можно резать скотину и сжигать хлеб. На что недоуменные крестьяне ничего вразумительного ответить не могли, а только пожимали плечами. Но появление казаков в таких местах всегда вызывало прекращение бойни и не потому, что они сами были жестоки по отношению к бунтующим, а по причине просто своего появления в данном месте.
Теперь — что касается естественного права на самоуправление в своих областях как якобы полученного в виде привилегий за службу в подавлении волнений и т.п. Это — еще большая глупость, чем первое его утверждение. Еще до присоединения Казачьих земель к Московскому Царству у казаков издревле принцип самоуправления был основой жизнедеятельности. Никем не дарованный, а ими самими выработанный и применяемый на практике не одну сотню лет.
Этот принцип формирования власти на Казачьих землях был прерван только при Петре Первом, который частично данные права урезал. Именно Пётр отменил выборы Верховного Атамана, установив новый порядок — что Верховный Атаман назначается самим Императором. Однако вся иная политическая и организационная структура жизнедеятельности Войска осталась прежней. Избирались станичные и хуторские атаманы, избирались атаманские правления, избирались судьи в станицах и округах из числа казаков. Разумеется, и Петр Первый, и последующие Императоры стремились ограничить данные права, но за эти права казаки сражались уже с самими царскими войсками. Восстания Булавина, а в прежние времена — Разина — тому яркое подтверждение. Именно стойкость казаков в отстаивании своих исконных, ими самими созданных, основ собственной жизнедеятельности, вплоть до военного противостояния, принудила в последующем российских императоров более не покушаться на эти права и оставить их в неизменности. Так что не за службу казаки получили это право. Это право было ими самими создано и на протяжении веков защищаемо висевшей в доме каждого казака шашкой.
— Не могу не спросить о вашем отношении к протестам 26 марта и 12 июня и особенно участию в них молодежи. Чем они, по вашему мнению, были вызваны?
— Это абсолютно очевидно — чем дальше будет монополизироваться экономика в руках провластной элиты, тем больше протеста это будет вызывать, в первую очередь, у молодежи. Старшее поколение, прожившее в советский период ту или иную часть своей жизни, прекрасно помнит связанные с этой жизнью проблемы — дефицит, очереди, тот же самый невозможный карьерный рост без помощи находящихся «наверху» родственников или знакомых. Но ничего другого, кроме реальности советской жизни, они не знали, т.к. информация о жизни в других странах была недоступна и дозирована, в основном, негативными явлениями в ней. За период жизни выработалась привычка жить так неполноценно в заданных советским образом жизни рамках. Нынешняя же молодежь более информирована о другом образе жизни, где личная инициатива, профессионализм, работоспособность и желание реализуются в конкретные дела, и где личная творческая инициатива является главной движущей силой. Кроме этого, наверняка родители негодуют о происходящих в нашей стране процессах, рассказывают о невозможности реализовать свои планы, открыть бизнес, либо о том, как этот бизнес преследуется и гнобится. Вся эта гнетущая обстановка негативно откладывается в сознание молодежи. Они четко осознают, что личностные способности в нашей стране никакого значения для собственной самореализации не имеют и возможностей для роста не дают. Быть успешным можно либо находясь во власти, либо в родственных отношениях с теми, кто в этой власти уже присутствует. Примеров, по которым могло бы быть иначе, в России абсолютно нет. Поэтому они очень тонко понимают, что их будущее связано исключительно с изменением того положения, которое ныне существует в стране. В противном случае они превратятся в прообраз тех неудачников, которых они ежедневно видят у себя во дворе, по соседству, в семье.
Разумеется, подобные выступления я поддерживаю, потому что они воспитывают в молодежи чувство солидарности в достижении единой цели среди своих сверстников и тех, кто эти устремления стремится осуществить в обществе.
— После 26 марта в СМИ стали часто говорить не просто о конфликте режима с молодым поколением, но и о его анти-молодежной сущности. Молодежь уже давно массово бежит из страны, прежде всего, талантливая. Но более того, многие перестают себя считать русскими. Как Вы считаете, с чем это связано?
— Вы говорите о том, что многие молодые люди перестают себя считать русскими. Это не совсем так. И вот почему. На сегодняшний день «русское», как и многие из терминов, подверглось подмене. То, что считали русским в Российской Империи, в Советском Союзе и в нынешней РФ — имеет абсолютно разные смыслы. Нынешняя система создает миф «о русском характере», «о русском менталитете» и т.п., включая в него многое из того, что необходимо для легитимизации нынешней власти и удержания этой власти у определенной группы лиц. Вот такая «русскость» — многими молодыми людьми и не признается. А другой «русскости» они не знают, потому что образованием нашего общества, в том числе и молодых людей — никто серьезно в России не занимается, наоборот, осуществляется не образование, а воспитание в идеологических навязываемых сверху догмах.
То, что молодежь не видит перспективы в России для себя — так это не черта только молодежи. Это черта всех здравомыслящих и способных к творческой самореализации людей. Об этом я уже много раз писал. Может ли произойти обратный процесс? — конечно, может. Если будут созданы условия для творческой самореализации и осуществится образование молодежи. И в первую очередь — образование и просвещение в том трагическом пути и с прояснением тех ошибок, которые были допущены в предшествующее столетие.
полностью:https://rufabula.com/