Уходя от единства во лжи, мы приходим к разобщённости в Русской Правде.
Мы хотим возродить Традицию Русской Церкви. Никто из нас точно не знает, как это сделать. Наш труд можно сравнить трудом художника-реставратора, осторожно и кропотливо восстанавливающего из неполного набора фрагментов разрушенную фреску. Мы не видели фрески, но имеем множество источников описывающих, какой же она на самом деле была. И есть у нас чутье, что-то вроде памяти поколений. В одиночку с таким делом никому не справиться – фреска грандиозна, и требует совместного труда множества единомышленников. По России разбросаны сотни, а может, и тысячи, священников и общин, имеющих общую в главных чертах программу, но трудно найти хоть десяток, имеющих согласие между собой. Мы нужны друг другу!
Дорогие собратья! Обращение к вам надо бы писать «не чернилами, а кровью», но уж очень мало осталось шансов, что мы способны услышать друг друга, слишком много сказано слов, писанных скорее желчью, чем чернилами. И потому, уповая на то, что духовная мудрость – совокупность веры, надежды и любви – возобладает над амбициями, каждому надо пытаться внести свой вклад в дело «благостояния святых Божиих церквей и соединения всех» в Правде Божественной. Пока мы больше заботились о благосостоянии.
После того, как шесть с лишним лет назад я присоединился к остатку РПЦЗ, не пожелавшему примириться с беззаконной и самоубийственной унией, я опубликовал несколько текстов, обосновывавших мое решение. Первый был озаглавлен «Не раскол, но разделение», об этом же я рассуждал и потом, так как осознание этой идеи считаю главной целью наших усилий, обращенных вовне. Внутри мы занимаемся чисто церковными делами, как и подобает в православной общине. Глупо превозноситься, ведь мы просто делаем тот выбор, который неизбежен, а награды выдает Господь, причем лишь в конце пути. Многие понимают, что решать надо, но колеблются: пора или еще не пора? И колебаться так можно в буквальном смысле до скончания века сего.
Основной вражеский оплот, через который он разделяет, а через это и властвует над нами, – Московская Патриархия (в дальнейшем МП), ее “непогрешимая” структура – главный рассадник духовных болезней. И этот тупиковый догматизм, нам присущий, в большой степени навязан нам, впитан с молоком «матери», коей стала для нас МП, и потому разрыв с ней столь сложен – он ощущается как горькое сиротство. Можно сказать, еще через пуповину, в духовном младенчестве, напитались мы ее ложью. Главная суть оной – МП тождественна РПЦ, а далее, в результате дальнейшей шулерской подтасовки, для русского человека она и вовсе делается синонимом Церкви. Она – Великая Мать. И «кому она не мать, тому Бог не отец». На внедрение этой установки, этого главного её «догмата», в мозг и душу русского человека направлена пропагандистская машина МП в тесном содружестве со светской-советской властью в течение девяноста лет.
И внушено это убеждение очень прочно даже лучшей части духовенства и верующих, оппозиционно настроенной к курсу «мiрового православия». Обличая с амвонов пороки современной цивилизации, мы сами стали жертвами новейших технологий управления сознанием. Нет нужды контролировать человека полностью, важно выработать рефлекторные реакции на набор ключевых фраз. МП допускает любую самодеятельность, даже дичайшую, – хоть клуб экстрасенсов в своем храме открывай! Она готова «закрывать глаза» на любые пороки, если ты не переходишь черту – не начинаешь сомневаться в монополии ее верховных жрецов на раздачу духовных благ. Тут у ее церберов вдруг исчезает обычная сонливость, и следует молниеносная реакция. Запрет! Лишение сана! Потоки клеветы! Нашей «матери» мы как пастыри нужны лишь до тех пор, пока послушно исполняем обязанности, главная из которых – стричь овец и не давать им разбегаться в поисках пастбища иного. Наше предназначение – внушать им, что хоть тут и вытоптано, и изгажено, но ничего лучшего на свете всё равно нет, а вычистить – вечно не хватает средств, да и еще «несвоевременно» или «темные силы» мешают.
Конечно, сан мы получили в МП, тут мы и крестились, и, вообще, родились во Христе. Но это не значит, как нам внедрено в сознание, что именно такова воля Божия, что Он избрал место сие в жилище Себе. Представьте, некто, волею обстоятельств, родился и вырос в тюремном приюте. И, до какого-то момента, он становится для ребенка как бы домом и как бы семьей. Но человек будет моральным уродом, если добровольно изберет тюрьму своим домом на всю оставшуюся жизнь. Так и с нами! Мы не были вольны с выбором места своего духовного рождения, но благодарить за него МП – то же самое, что быть признательным тюремной больнице за свое появление на свет.
Сравнение МП с местом заключения даже исторически довольно точное. Советская власть, осознав, что уничтожить Церковь быстро не удастся, решила создать для нее полностью подконтрольную себе резервацию – МП. За ее оградой вера была уголовно наказуемым деянием, и сами «пастыри» помогали власти устранять непокорных. «Слово Божие не вяжется», – но Господь там, где Его стадо, а оно было фактически загнано в тюремную ограду под вывеской МП. И Церковь жила! Не только в катакомбах и в Зарубежье, но и здесь. Верующие находили Благодать под искусственной оболочкой, ибо Бог там, где собрались верующие в Него, а у них практически не было выбора.
У нас выбор есть! Когда кто-то говорит об «оздоровлении» МП, что подразумевается? Она никогда не была здоровой, так как родилась не естественным, органическим путем, как все Поместные Церкви. Она – продукт лабораторного эксперимента, гомункулус из пробирки. Но доктор Франкенштейн (им был «вождь народов») скончался, и монстр стал жить как бы своей жизнью. И как Голем никогда не станет человеком, так и МП – Русской Церковью. Отсутствие самобытности – проклятие МП. Ей нужен хозяин, она привыкла быть орудием и придатком власти. Причем власти, как сами они признали, любой, вне зависимости от формы и сущности. МП не развивается как здоровый организм, она приспосабливается к обстоятельствам.
Вот пара лукавых постулатов, ставших достоянием массового подсознания – «нет власти, которая не от Бога» и подобный (формулировка моя) «не Церковь та, которая не МП». На этих двух столпах выстроена своеобразная «симфония» светской и духовной власти в понимании МП. Для секуляризованного государства Церковь всегда имеет лишь прикладное значение, и такая роль МП в принципе вполне устраивала. Роль духовного лидера нации, которая прямо-таки «падала в руки» МП на рубеже 1990-х, её явно не прельщала – риск и ответственность велики, а материальные выгоды сомнительны. И потому миссия МП свелась к тому, чтобы помочь «выпустить пар», т.е. снять напряжение в обществе, призвать к послушанию очередной любой «власти от Бога». Вообще роль МП духовном фальстарте нации является роковой – она и не могла, и не хотела возглавить церковное возрождение. Вместо этого она предпочла спешно готовить для себя «подушку безопасности».
Ведь до «перестройки» положение МП было унизительным, но зато совершенно стабильным. Новые условия породили фантастические возможности, но умножились и риски. Главной опасностью было всенародное опознание «голого короля». Вернее, сперва из-под церковных риз показался бы френч полувоенного образца, а потом уже все остальное. Самым «простым» было принести всенародное покаяние и начать творить Церковь заново. Почему-то я подозреваю, что этот вариант не рассматривался. Был избран другой, сложный путь. Без умолчаний, подтасовок, фальсификаций и просто откровенной лжи пройти по нему было невозможно, и МП на эти жертвы пошла. В итого, где ни копни её героическое прошлое, выглядывает срам. Но верные чада МП и не копают, они приучены покрывать пороки своей «матери» любовью, которая, при ближайшем рассмотрении, больше похожа на малодушие и страх что-то менять в своей жизни.
Я хотел кратко перечислить формы обмана, привести примеры, но понял, что это чрезмерно расширило бы объем текста. Сказано об этом много, информацию найти несложно. Важнее всего для нас – искажение и замалчивание роли катакомбной Церкви и РПЦЗ в сохранении Традиции Русской Церкви, её подлинной преемственности. МП не просто не монополист, она оккупант на этой территории, она присвоила чужое наследие – тех, кого гнала и запрещала, – и выдала за свое. Единственное ее «достоинство» – масштаб, многолюдство. Но, по слову Господню, «мало есть спасающихся».
Вот мы, собратья, долго (и вполне безуспешно) боролись с сектами, я бы даже сказал, что нас втравливали в эту внешнюю борьбу, чтобы отвлечь от проблем внутренних, церковных. Вспомним самые одиозные – сайентологию, свидетелей Иеговы, например. Что нам мешает (кроме глубоко укоренившихся эмоций) признать поразительное сходство МП с подобными организациями? Власть и деньги, два главных фетиша человеческой истории, – контроль над сознанием с целью привлечения финансовых потоков. На наших глазах, чем дальше, тем откровеннее обнажается эта подлинная сущность МП, сущность явно не церковная. И вы прекрасно это знаете, дорогие отцы и братья!
МП вмещает в своих недрах грубое идолопоклонство для невежественного люда и утонченный пантеизм для интеллектуалов, дикое сочетание противоестественных пороков с христианством (смесь похуже атеизма!). Есть много сведений о вещах, которые “срамно есть и глаголати”, – не станем осквернять ум и воображение в постные дни. Но каждому духовнику известно достаточно такого, о чем бы он предпочел бы забыть, да не выходит – ибо речь о душах искалеченных в месте, где они чаяли обрести исцеление. Эта система растлевает и испепеляет души. Не раз высказывалось предположение, что МП – вавилонская блудница из Апокалипсиса, – судите сами, отцы и братья, нам долго пришлось быть в ее объятиях! Мы убеждали себя и других, что это – Церковь. Но та – свята, чиста и непорочна, Она – Невеста Христова, и врата ада не одолеют Ее. Церковь не имеет географических границ и буквенных обозначений, и других начальников, кроме Жениха Своего. Она – одна!
Но есть и антицерковь, уготовляемая для грядущего воцариться антихриста. Она, по возможности, постарается сохранить церковную форму, наполнив эту пустую и пышную оболочку противоположным по сути содержанием. Надо признать горькую правду – люди, привыкшие удовлетворяться формальной стороной церковной жизни, не будут с нами. Им оставят пустой (без силы Духа) обряд, вплоть до юлианского календаря и славянского языка. И зачем менять «Символ веры», если сама вера уже подменена? Мы ждали насильственного реформаторства, старцы твердо обещали. Но то было четверть века назад и, по сути, они были правы – перемены произошли страшные, оставив лишь образ благочестия, лишив его всякой силы. Современные реформаторы не так прямолинейны, как прежние! Они прекрасно изучили позиции «ревнителей», знают все пункты, на которых могут встретить упорное сопротивление и искусно обойдут их. Опыт великого раскола, как и неудача обновленчества, учтены – МП руководят весьма образованные люди! Зачем им своими руками готовить катакомбы? Их за это не похвалят.
Оболочка без содержания врагу не страшна! Никакие символы не работают, не будучи наполнены соответствующим смыслом – ни Крест, ни слова молитв, ни имперские регалии. Последними окончательно «опустошатся» церковные Таинства, и это станет страшной гранью, за которой спасение внутри церковных организаций будет совсем невозможным.
И это уже совсем близко, – при дверях! Поздно «подстилать соломку» и готовить «запасные аэродромы». Пора ставить верующих перед реальным выбором: МП или Церковь. С чем мы пойдем к Богу – с бумажными фантиками-оболочками Таинств и добродетелей – либо хоть и скудным, но трудовым капиталом исповедничества.
По поводу МП приходит аналогия с татарскими воеводами, пирующими на телах еще живых русских князей – это МП в отношении своих благочестивых членов! Богоборцы поработили народ церковный, а он до сих пор, находясь при последнем издыхании, покорно подставляет спину для пиршественной трапезы, считая это благочестием. В Писании сказано о «живых камнях», но не в этом же страшном смысле! Апостол Петр говорит: «и сами, как камни живые, устрояйте из себя дом духовный»(1 Пет. 2.5). Это сказано о свободных во Христе людях, созидающих собой Церковь. И мы к этому деланию призваны!
Опасную иллюзию насчет возможного оздоровления МП пора преодолеть. Еще одна историческая аналогия с РОА. Ее лидеры надеялись, что Гитлер даст им карт-бланш в отношении России, что с его помощью они освободят ее от большевиков. Но для руководства третьего рейха РОА была нужна лишь в качестве «пушечного мяса», а это руководство, в свою очередь, выступало в роли «полезного идиота» для «мiровой закулисы». Аналогия вполне уместна – «ревнители» хотят использовать силу МП, направив ее в своих интересах, но получается наоборот, и она их использует для прикрытия своего срама. Но и МП некие жидистские силы используют для уничтожения Русской Церкви.
Если кому-то хочется верить, что МП представляет собой «стан святых и Град возлюбленный», то этим лишь иллюстрирует, до какого ослепления может довести человека самооправдание и страх лишиться земных благ. К сожалению, таких людей среди «христиан» преобладающее большинство. Они не хотят думать, потому что боятся выводов, о которых заранее догадываются.
Даже если гипотетически представить, что некто получил рычаг и повернул МП на консервативный курс (как многим мечтается), то перемена будет лишь декоративной. Подобные «сдвиги» мы видим в политике, и МП, разумеется, под них подстроится, но чего стоит этот «фасадный национализм»? С национальной электронной картой войти в антихристово царство будет более патриотично, чем с интернациональной? Но, похоже, именно к этому и сведётся наша «независимость»!
Если бы Лот остался в Содоме, то личное благочестие не спасло бы его от гибели! Ему было указано убегать, не оглядываясь назад, в горы. В Апокалипсисе говорится о бегстве верных из Вавилона в пустыню. МП с большим основанием, чем другие Поместные церкви, погрязшие в ересях, можно считать частью всемiрного Вавилона, потому что она даже не является законной преемницей дореволюционной Русской Церкви. Все мы понимаем и чувствуем, что мiр стоит на краю. Нам, немощными руками, не удержать его от гибели. Зачем же мы тщимся спасти одну из его частей? Земля – земле, прах – праху. МП сгорит, как и все земное. Церковь – вовеки пребудет!
Я пишу эти слова, прекрасно понимая, как мало они значат и с каким благочестивым недоверием будут восприняты многими. Убеждают не словами. Человек – существо поврежденное, лукавое. Нет ничего темнее и запутаннее глубин человеческой натуры. Тем не менее, Господь пришел спасти нас, зная, каковы мы, и создал Церковь – «врачебницу душ». И потому самая тяжелая болезнь – это деформация церковного сознания. «Итак, если свет, который в тебе, есть тьма, то какова же тьма?»(Мф. 6,23), – это как раз об этом. Евреям был дан свет, и они обратили его во тьму до такой степени, что распяли Источник Света, – их церковь превратилась в «сборище сатанинское». Иерусалимский храм вполне себе действовал, служба шла положенным чередом, жертвы законные приносились еще тридцать с лишним лет после Воскресения. Завесу церковную зашили или сделали новую, как будто и не было ничего! Но ведь также ведем себя и мы, подчиняясь находящемуся под всеми анафемами «патриарху». Хотя у нас есть Указ Святого Патриарха Тихона, определяющий жизнь Церкви, оставшейся без правильного иерархического устройства и управления. И мы как раз в такой ситуации!
Мы всё боялись и боимся повреждения МП от католиков и экуменистов! Конечно, нам сложно понять, что МП в еще меньшей степени Церковь, чем обновленческая Константинопольская, и даже католическая. Она вообще вне преемственности, вне традиции, в отличие от тех. То, что в ней есть святого, чистого, христианского, – это отраженный свет верующих душ, в ней замурованных. Но если раньше наше пленение можно было считать, хоть и с натяжкой, вынужденным, то теперь оно добровольное. Нас заставляют медлить, бросая, как собаке кость, ни к чему не обязывающие декларации о благих намерениях. А мы и рады медлить, так как в душе не хотим скорбей и боимся «сжигать мосты». Отцы и братья! Вас хотят застать вас врасплох, –несобранными, неорганизованными. Помните? «Молитесь, чтобы не случилось бегство ваше зимою» (Мр. 13:18) Разве это не о нашем положении? В последний момент бежать будет страшно тяжело, чем дольше мы медлим, тем сильнее опутывает нас сеть, накинутая на мiр.
Нельзя освободить людей, которые не желают быть свободными. Их, конечно, можно заставить выйти из плена, но сорока лет на их перевоспитание уже нет, да нет и пустыни, где странствовать. Главное, – нет вождя, Моисею подобного! Эти люди все равно вернутся к «египетским котлам», они свяжут вас по рукам и ногам, и станут тянуть обратно. Уходите сами, а те, кто готовы – последуют за вами. Время на подготовку нами уже истрачено, пусть, – неэффективно, бездарно, – но его уже нет.
А куда идти – Господь укажет. Нужно организовывать общины, и лишь потом объединять их, и это потребует времени. Мы ушли на несколько лет раньше, вы решились сейчас – мы не поспешили, и вы не опоздали. Но нам легче, в том плане, что мы уже приспособились к условиям автономного существования, и этот опыт может вам пригодиться. Наивно рассчитывать на то, что нас будет очень много. Значительной материальной поддержки друг другу оказать мы, конечно, не сможем, но ощущение духовного братства тоже придает силы.
Я давно пытаюсь «ухватить» суть психологии духовенства МП, ведь и сам несколько лет находился в двойственном «подвешенном» состоянии – понимал, что надо уходить, но находил оправдания, благовидные причины, чтобы оставаться. Подсознательно силен страх материальных и репутационных потерь – ведь мы достаточно неплохо устроились! Мы поучаем, нас слушаются, и еще неплохо содержат при этом. Мы члены не самой престижной, но солидной корпорации, – вполне уважаемые люди. Малодушие рождает потребность самооправдания, и вот появляется Миссия спасения русского народа (который, по правде, в массе вовсе не настроен спасаться).
Кто-то уходит в социальную работу, но спасать народ таким способом, всё равно, что ложкой море вычерпывать – это для неглупого человека слишком очевидно. Потом, это чисто западная практика, – там большинство святых за такие «добрые дела» прославлены, а в Православии ценятся другие подвиги. Остается другой выход – испрашивание у Бога чудес. Раз народ не хочет спасаться – спасем его силой! Подразумевается, конечно, сила божественная, которая должна развеять вражеские чары, снять страшное заклятие с нашей святой земли. Например, очень действенным средством считаются крестные ходы, чем дальше идти – тем лучше. Основываясь на апокрифе об облете осажденной Москвы с чудотворной иконой по приказу Сталина, организуются автобусные и авиационные крестные … ну, видимо, – объезды, облеты. По аналогии с обходом евреями Иерихона, наиболее «сильным» считается семикратный объезд чего-либо.
Священники-ревнители обычно активисты. Они что-то организуют, с чем-то борются, они привыкли мыслить и действовать масштабно, и в этом они – молодцы! Но сила часто оборачивается слабостью, так и здесь. Беда в том, что их образ Церкви сформировался в соответствии с их нынешним положением. Они морально не готовы к перемене статуса и оскудением возможностей влияния на общество. Еще и поэтому им упорно хочется «вылечить» МП или создать нечто подобное по масштабу, но здоровое. Вне системы если и возможно создать мощное движение (как иосифлянам в Петрограде 1927-28 гг.), то его быстро подавят. Но мне кажется, что сегодня нет и почвы для такого протестного выступления – народ не тот.
Пытаться спасти можно лишь то, что еще живо, всех и всё спасти точно невозможно. И потому наша задача видится, в первую очередь, в том, чтобы отделить живое от мертвого. МП – организация с псевдоимперскими рефлексами, порождение советской эпохи. Мы же озабочены собиранием Церкви последних времен. Ни один «нормальный» человек не станет рубить «сук, на котором сидит». Но в том-то и суть, что христиане ненормальные, по слову Апостола – безумные. Мы уповаем на возрождение Святой Руси – да, конечно. Но ее границы, да и саму возможность этого чуда, определяет Господь. Нам сказано «к нечистоте не прикасайтесь», а мы, барахтаясь в нечистотах, надеемся взбить чистые «святорусские» сливки. Нам ясно сказано про «узкие врата», а мы, по доброте душевной, хотим привести к Богу стада неразумных баранов, которые и сами не пройдут, и нам не дадут. Нас ждут с разумными словесными овцами Христова стада.
Пора перейти к выводам. Даже среди Церквей «мiрового православия», МП выделяется:
- Обстоятельствами своего рождения, вернее, вполне рукотворного «сотворения».
- Привычкой угодничать перед любой властью, сервилизмом, возведенным в добродетель, иначе – сергианством.
- Тотальным авторитаризмом по отношению к членам, контролем над их сознанием любыми средствами.
Зачем цепляться за эту скомпрометированную вывеску, за прогнившую оболочку, если зарубежная и катакомбная ветви, от еще живого корня Русской Церкви, с большими основаниями могут считаться Её наследницами? Катакомбная ветвь была практически уничтожена перманентными гонениями, но успела духовно и канонически породниться с РПЦЗ уже в 1980-х годах через рукоположение епископа Лазаря, от которого ведет происхождение большая часть так называемых «осколков» в РФ, по существу являющихся разрозненными фрагментами Русской Поместной Церкви. На мой взгляд, цементом, который мог бы их скрепить и материалом, из которого можно достроить здание, камнями и бревнами для него, может стать часть Церкви, доселе находившаяся внутри МП, как бы в девяностолетнем пленении вавилонском. Она еще не сказала свое слово. Допускаю, что это может быть необоснованным оптимизмом, утопией, но теоретически возможно.
Сейчас нет смысла обсуждать: под каким наименованием, и под чьим руководством будет совершаться объединение разрозненных частей в целое. Более того, опыт последних лет с очевидностью показывает, что личности, способной единолично возглавить такое дело – нет. Наверное, оно и к лучшему, – амбиции «духовных лидеров» в нынешний – катастрофический – момент истории настолько неуместные, что отравляют церковные организации, не давая им устоять в правде и простоте. Мне кажется, должно возникнуть нечто, подобное содружеству православных общин. Очень актуально воссоздание православных братств – неформальных сообществ ревнителей веры. Но Церковь не должна обходиться без епископов. Значит, если Бог даст, возникнет соответствующее содружество епископов, чуждых искушения первенствовать. Раньше такая возможность показалась бы мне абстракцией, мечтой, но сейчас я знаю – найти таких архиереев возможно.
Нужно ли еще ждать? Шагов по направлении к пропасти сделано достаточно, вдруг следующий – твой последний?
В заключение коснусь еще одной, рискованной, темы и вернусь к началу. У меня внутри всё опускается, когда кто-то начинает: «На основании правила такого-то Собора …» Понимаешь – приехали, опять тупик. Кажется, – что может быть надежнее и прочнее, чем каноны и правила Святой Церкви? Но почему-то каждый умудряется вычитывать из них что-то свое в подтверждение своих теорий. Когда некто, как выпад шпагой, бросает противнику очередную ссылку на очередное правило, рождаются парафразы известных пословиц – «Канон, что дышло, куда двинешь, то и вышло» и еще «Каноны святы, да толкователи супостаты». Я мог бы привести примеры этих «каноничных» тупиков, но очень не хочу кого-либо обидеть – мы не за этим здесь собрались. А обидеть, да еще на всю жизнь, нас бывает легко, и это тоже говорит о многом. Поэтому призываю поставить «Номоканон» на полку рядом с «Типиконом», и начать искать простое взаимопонимание. А для этого вновь призываю всех заняться выработкой наших аксиом – на чем мы стоим, что нас объединяет?
Если мы живые члены подлинной Христовой Церкви, то Господь с нами, Он и вразумит, и научит. Правда – ничто без любви. Праведность – ничто без смирения. «И если я … отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, то нет мне в этом никакой пользы» (1 Кор. 13:3).
Господи, вразуми нас!
Иерей Кирилл Игнатьев
Февраль 2017
ПС. Знаю, что некоторые батюшки мучаются вопросом: «А что будет с моими прихожанами? Если уйду я, то придет «волк» и расхитит стадо». Конечно, придет и обязательно расхитит! Только не «сокровище некрадомое», которое складывается в недоступном для воров месте! Испытайте свое сердце – какой страх в нем первичен и нет ли заведомого лукавства в этой заботе о пастве? Как люди мы боимся лишений, гонений и проч., но как христиане к ним устремляемся. Я вот больше всего люблю покой, книжку на диване, рыбалку и т.п. По натуре я склонен к компромиссам, избегаю борьбы, боюсь осуждения, не умею доказывать свою правоту и т.д. Я не герой и не подвижник. Но в человеке должна быть некая черта, ниже которой он не может дать себе опуститься, если хочет сохранить самоуважение. Можно назвать ее честностью, можно совестью. Кажется, это не самые возвышенные и духовные вещи, но без них все подвиги становятся сором. Сейчас слишком во многих эта черта перейдена, наверное, тут кроется самая большая наша проблема, дорогие собратья! Поэт сказал «обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад». Из трех логических «сосен», в которых мы долго уж плутаем, выход один – посмотреть наверх. Там – Небо, там – Господь. И все очень просто и понятно. А пастве надо доверять, а то пасем их, пасем, а самостоятельно найти дорогу к дому никак не даем – боимся, что заплутают. Да, многие заблудятся, горько будет смотреть, но это как раз та чаша, которую неизбежно придется испить. «Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение»(Лк.12.51).
Полностью: http://rusidea.org/?a=310101