К ЗЛОВЕЩЕЙ ДАТЕ 2/15 МАРТА: СТО ЛЕТ… (Часть 1)
Автор-Протодиакон Герман Иванов-Тринадцатый.
« Везде измена – Царь в плену !
И Русь спасать Его не станет ».
Ф.И. Тютчев
Неимоверно грустный юбилей дано нам отмечать.
В эти дни исполняется уже сто лет – сто лет! – как России, настоящей России, нет.
Сто лет, как Государь Император Николай II отрёкся от Престола и в мiре нет больше «Удерживающего».
Но поставим сразу же принципиальный вопрос: отрёкся ли наш благочестивейший Царь или от Него отреклась Россия и русский народ? И вдобавок другой вопрос: почему отрёкся, что привело Его к этому страшному решению? Ведь есть ещё среди хулителей памяти святого Царя и такие, кто упрекают Его именно в том, что отрёкся. Не имел, мол, права!
Спустя сто лет после этого печальнейшего события, настоящей духовной и политической катастрофы, не осталось в живых ни одного свидетеля тех времён, который мог бы, из первых рук, дать исчерпывающие ответы на эти вопросы и доказать каким великим Государем был последний Всероссийский Император, кого и чего мы, и весь мiръ, лишились с его уходом и вскоре последовавшим зверским убийством. Нет больше в живых никого, кто мог бы свидетельствовать о том, какой была по-настоящему столь оклеветанная за этот век Императорская Россия. Поэтому святой долг всех тех, кто имел счастье родиться в семье верных слуг Трону и Отечеству, по мере возможностей, встать в ряды защитников исторической правды. В этом есть сегодня одна из главных миссий Белой Эмиграции, той её части, которая осталась верна высоким принципам Отцов.
Весь этот год будут устраиваться конференции, доклады, интервью, будут писаться статьи и книги, созываться научные совещания по случаю этого зловещего семнадцатого года. И уже началось, но пока ещё скромно, так как общественность, продолжая свидетельствовать о том, что ничего не понимает в нашей российской катастрофе, всё внимание переносит на большевицкий октябрь.
На днях прослушали радиопередачу на тему революции. О чём только не шёл разговор: об эсерах, о кадетах, о меньшевиках, о социалистах и о всякой прочей мерзости, но буквально ни слова не сказано было о Государе, о предательстве, о заговоре генералов, о недостойном поведении союзников, о том, что Россия стояла на пороге неминуемой победы, которая сама по себе прочно поставила бы, и на долгие годы, конец всяким революционным брожениям. Иными словами, о самом существенном – ни слова! Так и хочется повторить милюковское словцо, брошенное в лицо Царской Семьи с думской трибуны 1 ноября 1916 г.: «Что это – глупость или измена?». ”Глупость”, от того, что так отравлены повторяемой в течении трёх поколений ложью, что уже просто не способны понять, или же ”измена”, от того, что умышленно продолжают извращать истину?
Россия и союзники. Государь Николай II и союзники… Вот ещё тема, которую полезно было бы развить, рассуждая о ненавистной революции и о, на первый взгляд, загадочных – именно загадочных, а ничуть не естественных – причинах её успеха. Для общего дела союзников Россия нужна была, и даже совершенно необходима была, своей громадой, своей силой, своей численностью, скажем ещё более тривиально – нужна была, как пушечное мясо для отторжения противника, но не более, что явствует из того, как была отблагодарена за свою безкорыстную верность. Поведение России и верность Государя по отношению к Антанте совершенно безупречны, выше даже всякой похвалы – а какую за это благодарность получили? Полностью выполнялись союзнические обязательства, чего нельзя сказать о Франции и особенно Англии не раз срывавших свои обещания. В течение первых трех лет войны Россия не раз оттягивала на себя значительные силы противника, как только Германия предпринимала серьезные наступления на Западе, о чём немало честных людей с благодарностью свидетельствовали. «Если Франция не была стёрта с карты Европы, то этим она обязана России» – веские слова главнокомандующего маршала Фоша. А тем не менее … Тем не менее остались, увы, и другие ”исторические” слова видных союзников, но подлые слова : «Одна из целей нашей войны достигнута», так цинично высказался Ллойд Джорж, премьер-министр Великобритании, узнав об отречении Государя, своего вернейшего союзника ! Вероломство коварного Альбиона давно известно и ещё особо проиллюстрировалось по окончании Второй мiровой войны в Лиенце. Но и в деле февральской революции Англия не осталась безучастной. Позорное мнение Ллойд Джоржа только подтверждает вполне доказанное соучастие английского посла в Петербурге Бьюкенена в масонском заговоре против Государя. Ни одним словом и ни одним жестом не реагировали союзники на переворот, не заступились за того, перед кем вчера ещё все заискивали и кто стал жертвой столь лукавого предательства. И также ни пальцем не шевельнулии оставили Его, всеми брошенного, взойти с Семьёй на собственную Голгофу. Блестящая иллюстрация того, что, ещё во второй половине XIX века, идеолог панславизма Н.Я. Данилевский в своём замечательном труде «Россия и Европа» писал : «Мы находим в Европе союзников лишь тогда, когда вступаемся за чуждые нам интересы».
Советская пропаганда, принятая за евангельскую правду большинством общественного мнения на Западе, всегда твердила о военной иностранной интервенции, будто отчаянно сражавшейся бок о бок с Белыми против большевицкой власти. Отрицать не будем, помощь была, но всегда половинчатая, никогда до конца или вовремя не оказанная и, что важно отметить для нашей темы, интервенты очень зорко следили, чтобы эта помощь не шла на восстановление старого режима. Как писалось, если можно так выразиться “из первых уст”, в эмигрантском журнале «Двуглавый Орёл» в 1921 г. : «Великие “союзные” демократии все время не столько помогали, сколько грозили прекращением помощи в случае, если бы Белые генералы дерзнули сойти с приказанной им демократической платформы». На самом деле, Антанта с 1918 года помогала двум сторонам, а с 1919-го красным помогала. Антанта никак не хотела возврата к прошлому, а большевиков можно было, мол, испробовать, а потом с ними справиться. Далеко не о принесении помощи России думали разные интервенты, главной их заботой на самом деле было выкроить себе лакомый кусок поверженного великого союзника.
Но оставим союзников. Не надо на других пенять, не будем забывать смотреть и на свои грехи, какой бы горькой правда ни была. Не зря ведь святитель Иоанн Шанхайский, в слове сказанном в 1962 г. в брюссельском Храме-Памятнике, не побоялся употребить столь сильное сравнение с евангельским повествованием : «КРОВЬ ЕГО НА НАС !». Но в ответственности за содеянное преступление против Царя-Помазанника Божия и против России необходимо различать первый круг виновников и более отдалённые круги.
К первому кругу относятся, во первых, все те политиканы, мелкие пешки, всплывшие на поверхность и составившие костяк Временного правительства. Среди больше всех суетившихся, но не самый опасный, Михаил Родзянко, председатель Государственной думы, истерично требовавший от Государя создания ответственного министерства, а затем решивший, что пробил его час и настало время поменять пост председателя Думы на нечто ещё более эффектное, мечтал вероятно стать первым президентом Российской республики или, чем-то в таком духе, но в конце концов ничего не получил. Куда более опасный и вредный Александр Гучков, председатель Центрального военно-промышленного комитета и лидер Военной масонской ложи, что дало ему возможность привлечь в сети заговора видных военачальников, без чего никакой революции нельзя было бы добиться. Ряд болтунов, среди которых особо следует выделить Александра Керенского и Павла Милюкова, вредных своим талантом возбуждать общественное мнение и тем самым действовать на оболваненный народ. Особое место должно быть отведено Василию Шульгину, составителю проекта Акта об отречении, несмотря на то, что относился к блоку правых монархистов, что ему не помешало сопровождать Гучкова в Псков и добиваться отречения Государя. И все эти господа, деятельные соучастники революции, ничтоже сумняшеся три года спустя очутились в Эмиграции, где, как родные братья были встречены своими французскими единомышленниками-масонами, и, как ни в чём не бывало, продолжали играть видную политическую роль, а некоторые из них служили даже раньше идеологами Белого Движения …
Но в первом кругу виновников самую главную роль сыгралото, что принято называть «предательством генерал-адъютантов», без помощи которых переворот, вернее революция, никогда не могла бы произойти. Ни искусственные волнения народа в столице (страна в целом была спокойна, Армия дисциплинорованная, думали только об исходе войны), ни думская болтовня, не могли иметь успеха без согласия и реальной помощи военачальников. Только предательство – вольное или невольное, ибо некоторые могли быть введены в заблуждение – высшего генералитета могло поставить Армию перед свершившимся фактом и отрезать ей возможность заступиться за своего Государя, за законность, и выполнить свой военный долг, данный в присяге верой и правдой, не щадя живота своего, нелицемерно служить своему Государю. Но сему препятствовало предательство высшего начальства, которое через голову Армии способствовало успеху заговора, придавая видимость законности свершившейся измене.
Мы тут затрагиваем очень болезненный вопрос, но необходимо в этот год столетия русской катастрофы установить факты без прикрас, чтобы не давать хулителям Исторической России дальше клеветать на Государя и на Монархию, что она, мол, рухнула от того, что прогнила или по ”слабости безвольного Царя”.
Предательство высшего генералитета есть самый первый ответ на то – почему Армия, подавляющее большинство которой оставалось верным присяге и Царю, не подавила в зародыше это мерзкое предательство. Вот почему в России не произошло той замечательной Вандеи, как во Франции. Белое Движение было несомненно благороднейшим порывом лучших сынов России, но, увы, во главе её встали люди, которые, несмотря на их военную доблесть и отвагу, были причастны к заговору или сочувствовали ему.
По сей день есть две категории русских людей : те, кто признал февраль и те, кто его полностью отвергает. Иными словами, каждый должен задать себе вопрос : являюсь ли я революционером или противником революции ? Увы, особенно среди главарей Белого Движения было немало таких, борющихся с большевиками революционеров. Назовём хотя бы двух – генерала Корнилова и генерала Деникина. Их также было немало среди штатских чиновников, движущихся в обозе Белых, и имеющих к сожалению решительное влияние на политическую и идеологическую линию. Но, чтобы не быть голословным, процитируем самого генерала А.И. Деникина в первом томе его книги «Очерки русской смуты», где он цитирует своё выступление на совещании в Ставке 16/29 июля 1917, когда он обращается ко Временному правительству : «Дайте и нам реальную возможность за эту свободу вести в бой войска под старыми нашими боевыми знаменами, с которых – не бойтесь – стёрто имя самодержца, стерто прочно и в сердцах наших». Это сами слова второго главнокомандующего Белыми силами …
Такими же чувствами был движим и его предшественник на этом посту, первый главнокомандующий генерал Л.Г. Корнилов. В той же книге читаем, из письма Корнилова Деникину : «С искренним и глубоким удовольствием, я прочел Ваш доклад, сделанный на совещании в Ставке, 16 июля. Под таким докладом я подписываюсь обеими руками, низко Вам за него кланяюсь, и восхищаюсь Вашей твёрдостью и мужеством».
Отошли мы немного от нашей темы, однако вскользь скажем – не в том ли причина поражения Белого Движения, что не подняло оно решительно историческое знамя «За Веру, Царя и Родину», отказалось открыто вести контр-революцию, а, придерживаясь сомнительных принципов непредрешенчества воевало в ожидании какого-то Учредительного собрания, иными словами не за восстановление Монархии, а за продолжение революции, революции без большевиков … Вот в чём была трагическая ошибка, но вина за неё никак не лежит на совести рядовых Белых подвижников. Никто не высказал на эту тему более правильной мысли, чем историк И.П. Якобий в книге «Император Николай II и революция» : «Белую борьбу нужно было начать при Временном правительстве и против него ! На следующий же день после февральской революции должна была бы начаться контр-революция». Да, тогда была бы настоящая Белая Русская Вандея .
Но вернёмся к февралю, ко дням, предшествовавшим вынужденному отречению и к той обстановке, царившей вокруг Государя в умах Его изменников. Нельзя в рамках статьи дать исчерпывающую картину этой жуткой обстановки. Ограничимся ещё раз выдержкой из всё той же книги генерала Деникина : «В состав образовавшихся кружков входили некоторые члены правых и либеральных кругов Государственной Думы, прогрессивного блока, члены Императорской фамилии и офицерство. Активным действиям должно было предшествовать последнее обращение к Государю одного из великих князей… В случае неуспеха, в первой половине марта предполагалось вооруженной силой остановить Императорский поезд во время следования его из Ставки в Петроград. Далее должно было последовать предложение Государю отречься от престола, а в случае несогласия, физическое его устранение ». И написано это весьма хладнокровно, без лишних эмоций. Вот такая была программа, вот какого духа были господа февралисты …
В начале статьи мы писали, что заговорщикам во что бы то ни стало надо было свергнуть Царя до готовящегося весеннего наступления, которое неминуемо должно было закончиться блестящим успехом и принестидолгожданную победу. Военные лучше всех об этом знали, в частности генералы-изменники, почему и готовы были на самые экстренные меры для достижения своей пагубной цели. К тому же выводу приходили политиканы-думцы, отчего так суетились ибо, если не сейчас, то надолго провалятся все их республиканские надежды. Керенский на заседании Судебных деятелей столицы за несколько дней до революции, запальчиво, то истерично, то плаксиво, выкрикивал: «Поймите же, наконец, что революция может удасться только сейчас, во время войны, когда народ вооружен и момент может быть упущен навсегда» ! Милюков, нельзя более откровенно, об этом же свидетельствовал : «Вы знаете, что твёрдое решение воспользоваться войною для производства переворота было принято нами вскоре после начала этой войны. Заметьте также, что ждать больше мы не могли, ибо знали, что в конце апреля или начале мая наша армия должна была перейти в наступление, результаты коего сразу в корне прекратили бы всякие намёки на недовольство и вызвали бы в стране взрыв патриотизма и ликования » /из письма И.В. Ревенко, янв. 1918/.В то время как все силы, вся воля страны должны были быть направлены к поддержке весеннего наступления, решающего судьбу войны – вот о чём думали и чем были озабочены эти свободолюбивые правдолюбцы. Как тут не вспомнить со вздохом, не раз уже цитируемого в наших статьях Винстона Черчилля в его воспоминаниях о Великой войне «Мiровой кризис 1916-1918», когда он был британским военным министром : «В марте Царь был на престоле ; Российская Империя и русская Армия держались, фронт был обезпечен и победа безспорна». Но иного духа были наши изменники-февралисты. «Воспользоваться войною …» – какой позор ! Такими вот были они “патриотами”, многими хвалимые, не побоявшиеся во время войны нанести фатальный удар своей родине. Благодаря таким людям Россия, столько сделавшая для победы союзников, принесшая столько жертв, осталась на обочине дороги, всеми оставленная, и на банкет победителей приглашённой не была. Архимандрит Константин /Зайцев/ кратко охарактеризовал этот факт следующим образом : «Россия-победительница была лишена плодов своей победы фактом низвержения ее в пучину революционной смуты».
Всем было ясно, как изменникам из Думы, так и социалистам, что никакого успеха в свержении Государя нельзя было ожидать без решающего участия военных и тут всё своё значение принимает деятельность Гучкова через возглавляемую им военную ложу. С самого начала войны революционеры пытались обезпечить себе содействие генералов, нащупывалась почва, возбуждались честолюбивые мечты, велись переговоры и таким образом сформировалась ячейка высокопоставленных военных, сочувствующих перевороту и готовых принести свою помощь.
Протодиакон Герман Иванов-Тринадцатый, историк
ПАРТИЯ “ВЕЛИКАЯ РОССИЯ”