Стало нам весело жить и легко, –
Путин отечество пóднял с колен
И потащил далеко–далеко.
Снова мы слышим призыв “Будь готов!”,
Чтобы давить и протест, и мятеж.
Снова мы негров преклонных годов
Кормим в далёкой стране Бангладеш.
Негры нас любят, а как не любить
Деньги дающих друзей дорогих?!
Но и проблемою “бить иль не бить?”
Мы озабочены больше других.
Любит Китай нас за то, что, пардон,
Мы под Китаем едва не лежим.
Только не любит проклятый Лондóн,
Типа, – у нас уголовный режим.
Только не любит проклятый госдеп,
Типа, – опять мы свободу крадём.
Мы из госдепа устроим совдеп,
Если когда–нибудь в Штаты придём.
Снова мы в вечном последнем бою
Смотрим на мир возмущённой совой.
Знаем мы точно, что будем в раю
В случае Третьей войны мировой.
Ну, а врагам в преисподней гореть,
Нам за победу цена не важна,
Пусть от России останется треть
Или хотя бы восьмая одна.
Снова у нас покраснело нутро,
Слышно в народе, что Ленин воскрес.
Славься ты, славься, родное Едро –
Старая, добрая КПСС!
По моему глубокому убеждению, нынешнюю российскую реальность можно определить всего лишь одним словом: растление. Растление на всех уровнях и во всех сферах. Едва ли продуктивно выяснять сейчас, происходит ли это спонтанно или целенаправленно, а то ведь не ровен час какой-нибудь очередной господин Кива обвинит меня в параноидальных комплексах, да это, собственно, не так уж и важно. Важны результаты, а результаты эти, на мой непросвещенный взгляд, увы, ужасающи.
Даже в самых моих дурных снах, мне, к примеру, никогда не могло присниться, что российский интеллигент, да еще полагающий себя демократом, в здравом уме и твердой памяти не постесняется публично призывать к иноземной оккупации своей страны. И не вызвать этим никакого возмущения. Тех, кто сомневается, отсылаю к статьям воинствующей демократки Валерии Новодворской в журналах «XX век» и «Огонек».
Недавно в Париже, во время дискуссии на эту тему один из московских участников крикнул мне из зала: «Да кто же ее принимает всерьез, она не в своем уме!» Не знаю. Может быть. Людей с поврежденной психикой везде полно, но никто этим людям нигде не спешит услужливо предоставить печатную площадь и телевизионный экран, рассчитанные на многомиллионную аудиторию. К тому же, как говаривал в таких случаях один наш бывший политзаключенный: «Смурной, смурной, а мыла не хавает!» Так вот, мыла это прекрасное существо не хавает, оно, судя по всему, отлично изучило спрос на нынешнем интеллектуальном рынке.
Согласитесь сами, что вряд ли серьезного и уважаемого мною публициста Юрия Черниченко можно отнести к людям неуравновешенным, но и он не постыдился сослаться на поучительный опыт гитлеровских оккупантов времен Второй мировой войны в решении продовольственной проблемы. Цитирую по памяти: «Ударили в рельсу, собрали народ, распустили колхоз и все были с хлебом». Не говоря уже о моральном цинизме сказанного, это и прямая фактическая ложь.
Мы с Черниченко люди одного поколения. Не знаю, где он оказался во время войны но меня случай занес на родину моего отца и деда, что в Тульской области, сразу же после ее освобождения от оккупации. Так вот, свидетельствую: гитлеровцы колхозы не распускали, ибо тоже понимали преимущества коллективного хозяйства перед индивидуальным для продовольственных реквизиций, а с хлебом при них было еще хуже, чем при Сталине.
Или какая корысть, каков расчет, какие комплексы заставляют заморского Бориса Парамонова и отечественного Виктора Ерофеева, вполне, казалось бы, психически нормальных людей, страстно доказывать своей многомиллионной аудитории, что у России никогда не было ни истории, ни культуры, а была, как утверждает та же Новодворская в тех же журналах, «историческая клякса, нонсенс, несданный урок».
Я берусь утверждать, что в наше время нигде, ни в цивилизованной, ни в нецивилизованной стране, никто и никогда не позволит безнаказанно напечатать и произнести вслух ничего подобного ни об одной истории ни одного народа, даже если у этого народа вообще не было истории. Но я также берусь утверждать, что до бесконечности плевать в лицо целому народу безнаказанно не придется. Рано или поздно расплата наступит, и тогда пусть эта публика не ищет виноватых на стороне, а внимательно посмотрит на себя в зеркало. Если, разумеется, успеет.
Семьдесят с лишним лет коммунисты растлевали общество беспардонной ложью, то же самое продолжается и сейчас, только еще гнусней и циничней, потому что распространяется от лица демократии.
Вот что, к примеру, пишет по этому поводу «Независимая газета», которую, согласитесь, трудно заподозрить в симпатиях к красно-коричневой оппозиции: «Ложь нарастает лавинообразно, она уже превратилась в большую ложь, уже въелась во все поры кремлевской политики… Когда накануне референдума телезрителей всерьез убеждают, что семья кормит президента магазинным мясом, то удивляешься даже не абсолютной лжи, а тому, за каких идиотов власть пытается держать граждан этой страны».
И тон этой тотальной лжи задает сам президент, который то обещает лечь на рельсы, если к очередной осени не стабилизирует положение в стране, то не стесняется вручить своим южнокорейским собеседникам черный ящик со сбитого пассажирского «Боинга», оказавшийся абсолютно пустым, то клянется найти и наказать виновных в апрельском повышении цен на бензин, а сразу же после пирровой победы на референдуме сам повышает эти цены. Невольно хочется спросить эту Анну Каренину в модном галстуке: «Если уж у вас не хватило мужества броситься под поезд, то почему вы хотя бы не сядете на скамью подсудимых по поводу своей бензиновой аферы?»
Нынешняя российская периодика, радио, телевидение, кино и театр только и заняты тем, что объясняют своей несмышленой аудитории, что ее армия — застенок, школа — рассадник обскурантизма, семья — клоака, церковь — прибежище стукачей и мздоимцев, а вся страна — один большой Чернобыль, который если и исчезнет с лица земли, то лишь окажет этим неоценимую услугу человечеству. Здесь я слышу голоса своих прогрессивных оппонентов: «И совершенно правильно сделает!» Поэтому сразу же им и отвечу: «Согласен, но только если вместе с вами!»
Героем нашего времени становится человек, умеющий делать деньги, и преимущественно в твердой конвертируемой валюте. Каким образом, это не имеет значения. Продается и покупается все.
Чем интересуетесь? Тайнами КГБ? Четыреста зелененьких на бочку — и пресс-центр этой героической организации набьет вам этими тайнами полный кейс.
Подробности закрытого следствия над путчистами? Российская прокуратура поделится с вами этим добром еще дешевле — за триста.
Вы насчет клубнички? Милости просим! Откройте соответствующую газету: жены и мужья, дочери и сыновья сдаются напрокат по объявлению. Адрес, телефон, имя, все честь по чести.
Убийство опостылевшего супруга (супруги!) или надоевшего компаньона? В любое время дня и ночи. Оплата по договоренности.
Дети для трансплантации? И за этим не постоим, называйте цену. Разумеется, в твердой валюте.
Оружие? Боевая техника? Флот? Авиация? Об этих железяках и торговаться совестно. Берите на вес, сколько осилите. Оплата принимается и в рублях. Тоже на вес. Как говорится, баш на баш. Территории? Это и в кредит можно, нам их девать некуда.
Причем представление об эквивалентах у наших рыночников находится на уровне капитана Кука: за мятый самовар, которому место на городской свалке, с иноземного туриста на Арбате могут запросить цену золотого сервиза на 12 персон, а за подпись на контракте о продаже миллионов тонн нефти по сниженной цене — двухкассетный магнитофон. Нужно иметь недюжинную фантазию, чтобы представить себе, сколько таких магнитофонов можно приобрести на подаренную покупателю скидку. И не вздумайте напомнить кому-либо в современной России о чести, совести, собственном достоинстве, а тем более о родине и ее интересах. Вас поднимут на смех. Об этих, по общему мнению, давно отживших понятиях помнят разве лишь замшелые апологеты прошлого: честь не кормит, совесть не греет, от собственного достоинства шея болит, а родина там, где хорошо живется. Даешь рынок!
Ужасает и уровень понимания рыночной экономики нашими ведущими реформаторами. Недавно, к примеру, один из них — Владимир Шумейко — в интервью американской русскоязычной газете «Новое русское слово» поделился с ее читателями: вот-де реформы в России идут настолько успешно, что школьники уже в шестых классах начинают заниматься коммерцией. Даже не знаешь, что после этого делать: плакать или смеяться? Хотелось бы спросить у этого деятеля: где, в какой уважающей себя стране дети в школе занимаются коммерцией? И кто им позволит этим заниматься? Но этот реформатор кубанского разлива убежден, видимо, что это и есть рынок. Ему бы в Краснодаре пивом торговать. С его реформаторской помощью страна скоро будет иметь два-три поколения отпетых жуликов, правда, он за это время, наверное, успеет устроиться где-нибудь во Флориде, тем более что уже исхитрился сделать своего внука американским гражданином.
Стремительная криминализация России — это нынче национальная беда, а криминализация, поощряемая государством, это, на мой взгляд, уже катастрофа и преступление одновременно.
Именно этот поистине неандертальский уровень определяет их отношение к школе, науке, культуре: все должно окупаться! Они не знают или делают вид, будто не знают, что во всем мире, в том числе и в обожаемой ими Америке, все это находится на содержании государства или благотворительных фондов. Окупает себя только поп-культура, прибыльна только прикладная наука, и оплачивается лишь элитарное образование, но во Франции, к примеру, даже частные школы получают дотации от правительства, а когда однажды последнее попыталось освободиться от этого бремени, вся страна в знак протеста вышла на улицы.
На все эти темы я как-то разговаривал с министром культуры Евгением Сидоровым и членом Президентского совета известным публицистом Василием Селюниным. На все мои недоумения ответ и того и другого был удручающе лаконичен: «Нет денег!»
Действительно, страна задыхается от бюджетного дефицита. Не находится денег отремонтировать Румянцевскую библиотеку, Большой театр, Консерваторию, даже на кормежку зверей государственного цирка нет денег: Но находятся миллиарды и миллиарды для целого выводка неправительственных фондов, которые почему-то финансируются из правительственных источников, на различные информационные центры и экономические институты, возглавляемые, как правило, отставными реформаторами, друзьями и собутыльниками президента? Откуда находятся еще большие миллиарды на проведение никчемного да к тому же взрывоопасного референдума? Да одна только месячная отсрочка повышения цен на энергоносители, продиктованная чисто демагогическими соображениями в преддверии того же референдума, обошлась государству, по оценкам самих правительственных экспертов, в 10 миллиардов рублей. Даже по нынешним инфляционным временам все эти миллиарды составляют сумму почти астрономическую. Но чем не пожертвуешь ради того, чтобы удержаться у власти!
Правда, в таком случае нетрудно представить себе, какое будущее, какой рынок и какая демократия ожидают вскоре Россию!
Впрочем, концепцию ее будущего ее президент недавно определил сам. Когда в крохотной Калмыкии некий молодой нувориш с капиталом криминального происхождения выиграл выборы, пообещав каждому избирателю сто долларов, а затем, разогнав почти все структуры власти, ввел в ней прямое президентское правление, растроганный Борис Николаевич со свойственным ему, мягко выражаясь, простодушием, откровенно проговорился: «Дерзайте! Калмыкия станет для России полигоном…»
Вы хотите жить в такой России? Я — нет.
Я не хочу жить в необольшевистской России, где проповедниками демократии выступают профессиональные растлители России из бывших кандидатов в члены Политбюро, провинциальных преподавателей марксизма-ленинизма, экономистов из газеты «Правда», начальников армейских политуправлений и матерых чекистов.
Здесь я снова слышу голоса моих оппонентов, призывающих меня вспомнить о Савле, ставшем Павлом. Не кощунствуйте, уважаемые! Савл, прозрев, заплатил за свое прозрение крестными муками, его, к примеру, никто не спешил избрать в римский сенат, а ваши Савлы комфортно переползают из коммунистической номенклатуры в демократическую, с еще более соблазнительными привилегиями. Если уж здесь и сгодилось бы евангельское сравнение, то скорее не с Савлом, а с Иудой Искариотом.
Я не хочу жить в России, где любой интеллектуальный мародер или мародерша может оболгать и унизить Солженицына и Зиновьева, где недавний руководитель советского гитлерюгенда, растливший миллионы детских душ и место которому давно на скамье подсудимых, позволяет себе называть меня реакционером и ортодоксом, а гонители Сахарова входят в комиссию по его наследству.
Я не хочу жить в России, где недавние фарцовщики и воры, ставшие биржевыми спекулянтами, торгаши и валютные проститутки становятся примером для подражания, а писатели, артисты и ученые, зачастую с европейскими и мировыми именами, вынуждены сдавать внаем собственное жилье, чтобы только физически выжить.
Да и существует ли она вообще в природе та Россия, которую я и мои единомышленники представляли себе, вступая в противоборство с идеологическим монстром, укоренившимся на ее территории в течение более семидесяти лет! Уважаемая всеми и уважающая всех страна с демократическим правосознанием, процветающей экономикой, общепризнанной культурой?
Нынешняя Россия — это симбиоз вчерашних номенклатурных растлителей с откровенной и абсолютно безнаказанной уголовщиной, наглая всемирная побирушка, не вызывающая у цивилизованного человечества ничего кроме брезгливости и презрения.
И самое невыносимое и унизительное для меня состоит в том, что до этого позорного состояния ее довели те же самые, выражаясь по Щедрину, твердой души прохвосты, нынче наспех напялившие на себя демократическую одежонку, из-под которой хорошо просматривается их старая коричневая шкура: недавние областные гауляйтеры, партийные журналисты и писатели, комсомольские запевалы, брежневские теле-клоуны и творцы помпезных кино – и театральных эпопей во славу родной партии и правительства.
Господи, когда же Ты, наконец, избавишь Россию от этой прожорливой саранчи?
И если мне завтра предложат билет в этот рыночный рай, я возвращу его дарителям без всякой благодарности, ибо не желаю даже косвенно соучаствовать в окончательном растлении своей страны и своего народа, добавляя от себя ему легитимности. Я больше не хочу с вами дискутировать, ибо убежден, что в самом близком обозримом будущем с властью будет дискутировать сам народ, и у него, уверяю вас, найдутся аргументы повесомее моих.
Стоящие сегодня у власти необольшевики в очередной раз пытаются соблазнить Россию правом на бесчестие, что ж, она рано или поздно ответит им своим исконным правом на бунт. И я, принципиальный противник всяческих бунтов и революций, сочту этот бунт самым справедливым в ее истории. Никакое растление не может и не должно остаться безнаказанным, за него придется платить. Испейте же тогда свою чашу до дна! До скорого свидания!