Юлия Ауг: «Мы оказались чужими в своей стране».
До последнего, до 24-го числа, до момента, когда примерно в 5.40 у меня на телефоне выскочило сообщение о срочном видеообращении Путина и он объявил о начале спецоперации, не верилось, что это может произойти. Я так закричала, когда Путин произнес слова о том, что объявляет военную спецоперацию, что Полина проснулась от моего крика.
ЭТО САМЫЙ СТРАШНЫЙ ОПЫТ В МОЕЙ ЖИЗНИ.
Мне раньше казалось, что самый страшный опыт в моей жизни — смерть моего мужа. Но нет. Я сейчас даже не могу радоваться тому, что у меня дочь. Не сын, бедный, несчастный срочник, которого обманули и вместо учений отправили в Украину. Потому что моей дочери с этим жить — всю жизнь жить с тем, что произошло между нашими странами. Ей с этим жить дольше, чем мне.
Я вижу: никто сейчас по-настоящему не может предсказать какое-то более-менее близкое к реальности развитие событий. Путин абсолютно непредсказуем, и развитие может быть любое.
Мне страшно, я очень боюсь ядерной войны. Но о будущем не думаю вообще. Я живу сегодняшний день, а ночью мы переписываемся с друзьями. У меня остались друзья в Украине, ночью мы пишем друг другу, они мне рассказывают, что видят из окон.
Подруга в Киеве пишет: «Бабахают, все время бабахают». А несколько дней назад написала: «Никак не могла понять, что происходит, как будто снег идет, но на снег не похоже». Потом они с дочерью днем, когда все утихло, решили выйти. «Мы вышли, и опять начало бабахать, и опять вот это вот пошло.
И когда я оказалась на улице, я поняла: это пепел, это падает пепел».
У меня есть еще один друг, замечательный фотограф, он живет в своем доме на уже занятой российскими войсками территории, возле ЛНР. И вот он мне каждый вечер пишет: «Я пока живой». Сегодня утром тоже писал, описывал, как было солнечно, морозно, а птицы поют по-весеннему. И вдруг прервался, написал: «Начали стрелять».
И поэтому я не думаю о будущем, я как-то проживаю день, мне достаточно знать, что близкие остались живы, что они выжили.
МОИ ДРУЗЬЯ ПРИНЯЛИ РЕШЕНИЕ НЕ ЭВАКУИРОВАТЬСЯ.
Мои друзья в Украине мне пишут о том, что им очень страшно, но они чувствуют себя настолько правыми, настолько понимают, что защищают свою родную землю и свою независимость, что они никуда не уедут. То есть они из тех, кто принял решение не эвакуироваться, остаться на своей земле.
На что сейчас можно опереться? На какие знания? Всю свою сознательную жизнь я занимаюсь документальным театром. Участвовала в проекте, который делался в Театре.doc, посвященном Финской войне. Варвара Фаэр была режиссером этого проекта. К сожалению, в конечном варианте в России этого проекта не случилось. Несмотря на то что приезжали финские актеры, мы делали здесь экспресс-показ, но в итоге спектакль вышел без российских актеров, в Финляндии. Но мы много работали с документальными материалами, изучали процессы, которые предваряли Финскую войну, документы, которые были связаны с ее ходом, и потом с тем, как это все переживалось уже в Советском Союзе. Это же была позорная страница истории, которую в СССР старались максимально замалчивать, не упоминать о ней, а если и упоминали, то лишь в контексте того, что Советскому Союзу достались территории, которые были присоединены к Карелии. А о том, что это была позорная, проигранная Советским Союзом война, о том, что значительно уступающая в размерах финская армия одержала победу просто потому, что это была ее земля, старались не упоминать. Финны одержали победу, потому что для Финляндии это была Отечественная война.
Я ВДРУГ ПОПАЛА ВНУТРЬ УЧЕБНИКА ИСТОРИИ.
Мои друзья единогласны в оценке происходящего, и я бесконечно этому рада. Хотя в моей жизни только что произошла такая маленькая драма… почти смешная на самом деле. У меня есть свекровь, мама моего мужа, который умер. И мы с Полиной до сих пор прописаны в той однокомнатной квартире, в которой мы жили с Андреем. Владелицей квартиры является моя свекровь. Она всегда раньше говорила, что эту квартиру завещает Полине, Полине ведь нужна жилплощадь. Так вот, после того как по месту прописки ко мне пришла полиция, свекровь написала мне сообщение. Она просит нас с Полиной скорее выписаться и будет нам бесконечно за это благодарна.
Я в свое время читала о том, что в тридцатых — пятидесятых родственники выписывали своих родных после того, как их арестовывали. И когда человек возвращался из ссылки или лагеря, ему жить было негде, он нигде не был прописан. Очень хорошо помню эти случаи. Но никак не ожидала, что с помощью свекрови сегодня попаду внутрь учебника истории.
У меня нет творческих планов. Ничего нет. Остался спектакль «Сад» в Электротеатре, спектакль в Питере, который я играю, и спектакли в «Гоголь-центре», в том числе «Мученик»; к счастью, «Гоголь-центр» остался тем же свободным местом, которое дает возможность высказываться молодым в первую очередь.
Я всю свою жизнь живу на две страны. Эстония — мой дом, а я человек русской культуры, при всем при том, что во мне нет ни капли русской крови, я всегда несла в себе ощущение того, что принадлежу к русской культуре. Мне даже казалось, что со своей кровью, со своим воспитанием, которое я получила все-таки в Эстонии, со своими корнями могу быть тем человеком, который соединяет европейскую культуру и российскую культуру. Но сегодня оказалось, что это факультет никому не нужных вещей.
СЕЙЧАС Я БОЛЬШЕ ВСЕГО ХОЧУ ВЫВЕЗТИ МАМУ.
Моей маме 91 год, ей было 10 лет, когда началась Великая Отечественная война, она все помнит, и то, что она испытывает сейчас, словами не описать. Каждый день она спрашивает: «Юля, как это могло произойти? Как это могло случиться? Этого не должно было случиться». Я хочу вывезти маму и надеюсь, у меня это получится.
МНЕ В ЛИЧКУ ПИШУТ, ЧТО УБЬЮТ С УДОВОЛЬСТВИЕМ.
Нам в России, несогласным с происходящим, всем сейчас придется освоить новый опыт. Мы оказались чужими в своей стране. Ну то есть иллюзий-то по этому поводу особо никаких не было, но именно теперь мне в личку приходят сообщения о том, что меня убьют с удовольствием. Пишут, типа, озирайся по сторонам, найдется много людей, которые с удовольствием тебя прихлопнут.
Но вот есть слова Льва Толстого. Они годятся на все времена, не только сегодня, в трагической ситуации, они годятся для всей моей жизни: делай, что должно, и будь что будет.
https://novayagazeta.ru
