Иван Лукьянович Солоневич (1.11.1891–24.4.1953) попал в эмиграцию в 1934 г., бежав вместе с братом из соловецкого концлагеря. Сначала жил в Финляндии, потом в Париже, в Софии. Выпустил правдивую книгу “Россия в концлагере”, которую либеральные и не знавшие жидобольшевицкого ужаса европейцы сочли клеветнической. Советские агенты неоднократно пытались его убить, в 1938 г. взорвали жену и сына Солоневича бомбой, присланной по почте, после чего Солоневич переселился в более безопасную Германию.

Книга о соловецком концлагере сделала его знаменитым в русском Зарубежье. На волне этого успеха он стал известным (бойким, своенравным, отчасти скандальным) публицистом, напористо критиковавшим все эмигрантские организации и авторитеты в своей газете “Голос России”. Пытался основать собственное “Движение штабс-капитанов”. Из-за этого его подозревали в “засланности”, во что, конечно, трудно поверить.

Солоневич был известным монархистом, хотя и не особенно чутким к православному содержанию русской монархии. Это основной недостаток его творчества. Однако в его главной книге “Народная монархия” содержится много верных суждений о Московской Руси в ее сравнении с петровской эпохой. Свою идею “народной монархии” Солоневич взял именно из допетровского социального строя русского государства, публицистически ярко развив аналогичные идеи Л.А. Тихомирова.

Вспомним, что тогда Цари правили вместе с Боярской думой (аристократический элемент власти) и Земскими Соборами (демократический элемент). Позже славянофилы считали Земские Соборы непременной принадлежностью русской монархии, а Тихомиров подчеркивал:

«Можно иметь единоличную власть и без монархии. Наоборот, можно и при монархии пользоваться всеми силами коллективных властей повсюду, где они нужны» и использовать «в государственном деле лучшие свойства всех принципов власти, не допуская их лишь до вредного верховенства» (“Монархическая государственность”). При этом в допетровской Руси именно Церковь соединяла Царя с народом. Однако позже эта связь была разрушена Петром, и посредником в общении Государя с народом вместо Церкви стала бюрократия.

Напоминая об этом и используя идеи Тихомирова (почему-то без упоминания его имени), Солоневич распространял понятие “симфонии” на три власти: царскую, церковную и земскую и выдвигал понятие монархии соборной, народной. Он отмечал, что в наибольшем виде такая “симфония” была осуществлена именно в Московской Руси, где самодержавие преодолело аристократический боярский феодализм в опоре на “мизинных людей” (сыгравших главную роль и в победе Москвы над феодально-западническим Новгородом). Поэтому московское самодержавие, в отличие от Западной Европы, имело «чисто народное демократическое рождение», ибо простые люди были кровно заинтересованы в верховной защите от феодального и боярского произвола и всегда поддерживали монарха.

И если в Западной Европе первые отвоевания “свобод” у монархов-абсолютистов были достигнуты в пользу аристократического слоя, но не в пользу народа, – то в Московской Руси народ имел свои свободы гораздо раньше Европы, защищая их вместе с Царем и Церковью против феодальных поползновений аристократии. Поэтому В.О. Ключевский называл русское самодержавие “демократическим”, а Солоневич справедливо утверждал:

«Та “азиатская деспотия”, в виде которой нам рисовали Московскую Русь, имела свой габеас корпус акт [закон о свободе личности, принятый английским парламентом в 1679 г.], имела свой суд присяжных, свое земское самоуправление и имела дело со свободным мужиком. Не с крепостным, и тем более не с рабом. И если мужик был прикреплен к земле, то совершенно тем же порядком и в совершенно той же форме, в какой служилый слой был прикреплен к войне. Самоуправления, равного московскому, не имела тогда ни одна страна в мире…».

После сокрушительных Петровских реформ «усилия ряда русских царей – Павла I, Николая I, Александра II и Николая II, за которые Павел I, Александр II и Николай II заплатили своей жизнью – не воссоздали и половины свобод Московской Руси» – писал Солоневич.

После Второй міровой войны Солоневич эмигрировал в Аргентину, где в 1848 г. основал газету “Наша страна”, до сих пор сохранившую критический стиль своего основателя. (В начале 1950-х гг. он даже призывал эмиграцию поддержать атомную войну США против СССР.) В результате неприятностей с аргентинскими властями был вынужден переехать в соседний Уругвай, где скончался в 1953 г.

“Народная монархия” – его наиболее ценное произведение, раскрывающее социально-политическое значение монархии как наиболее справедливого народного строя.

РИД