Около 100 человек погибли с 2004 года от травматического оружия в РФ, сообщил начальник главного управления обеспечения охраны общественного порядка МВД РФ генерал-лейтенант полиции Юрий Демидов.
“С момента ввода в оборот так называемого травматического оружия, с 2004 года, около 2 тысяч преступлений совершено с использованием подобного вида оружия, несколько сотен – около 500 – ранено, около 100 погибло” РИА Новости.
Сегодня таким оружием, по его данным, в РФ владеют около 700 тысяч человек, которые в ряде случаев до получения оружия вообще не имели опыта и навыков обращения с оружием, в том числе по безопасному его использованию.
Автор-Олег Кураев.
Стволы на руках. Иметь или не иметь? …
В СМИ никак не утихнут споры об оружии. Иметь его нам все-таки или не иметь. (Напомню, сейчас, действующий закон «Об оружии» не дозволяет простым гражданам приобретать даже короткоствольные нарезные пистолеты).
Видимо тема эта в нашем неспокойном обществе ну очень уж актуальная.
Вот и на днях в Белгороде отморозок – бывший уголовник расстрелял средь бела дня шесть человек, среди них один ребенок.
Сторонники и противники режут матку-правду, приводя неоспоримые доводы в отстаивании своего мнения. Аргументы эти и так всем известны, поэтому у меня нет желания в своей статье их пересказывать. Как не парадоксально это звучит – правы и те и другие.
Сводка криминальных новостей за один только день, повергла бы в шок человека из брежневских времен. Причем значительная доля этих преступлений совершается с помощью огнестрельного оружия, добытого, сами понимаете, нелегально. Случаи, когда грабитель в салоне сотовой связи требует выручку, угрожая инфицированным шприцем, или объявляет себя ВИЧ – положительным и угрожает плюнуть в глаз жертве, если та не отдаст кошелек – экзотика на уровне статистической погрешности.
И все же, я за запрет свободного обращения огнестрельного оружия. Попытаюсь объяснить, почему.
Сто раз согласен, что иметь оружие для защиты своей жизни и собственности – неотъемлемое право всякого свободного человека. В мировой истории, оружие под страхом смерти запрещалось носить только рабам и тем, кто имел несчастье жить под оккупантом.
В царской России это право было незыблемо даже во времена разгула революционного террора, когда слуги государевы гибли пачками от револьверных пуль и самодельных бомб «борцов за народное счастье». Столыпин ввел военно-полевые суды и вешал супостатов без всяких судов присяжных и прочих соплей, под дружные визги либеральной прессы, но оружейные магазины в стране процветали. Прикрыть эту лавочку и в мыслях ни у кого не было.
Установившийся в октябре 1917 года большевистский режим можно без всяких натяжек считать оккупационным, (во всяком случае, до «большого террора» 30-х, когда была отстреляна значительная часть т.н. ленинской гвардии, а проще говоря, космополитов-инородцев, утопивших в крови Россию). Поэтому неудивительно, что ходить с наганами и маузерами (и палить из них в народ) дозволялась только субъектам, этот режим охранявшим и ничего общего с народом нашим не имевшего. Да и спокойнее как-то гнобить безоружное население. Поэтому их логика вполне понятна.
Таким образом, простой люд потихоньку отвыкал от оружия и бытовые конфликты в основном решались с помощью крепкого словца и мордобоя, а в место оружия использовались подручные средства, например доска от забора, цветочный горшок или разделочный нож. Выстрелы звучали только с военных полигонов да приглушенно доносились из подвалов НКВД.
Но пришла на нашу землю большая война. Кадровая армия была разгромлена еще в 41-м и на защиту Отечества поднялся народ. После победы и демобилизации, на руках у населения оказалось бесчисленное количество «стволов» и кривая преступности резко поползла вверх. «Пугачи» было и у бандитов и у потенциальных жертв, но гибли в основном нормальные люди. Здесь играл роль и фактор неожиданности и страх выстрелить в живого человека, которого тот же бандит напрочь лишен.
В конечном счете, государству удалось справиться с этой проблемой. С конца 50-х и вплоть до краха СССР, преступления, совершенные с применением огнестрельного нарезного оружия были крайне редки и каждое из них являлось ЧП всесоюзного масштаба.
Что творилось у нас в 90-е – знают все. На руках у бандитских группировок, незаконных вооруженных формирований, да и обычных граждан страны, вдруг ставшей «самой свободной» в мире, гуляло чуть ли не треть запасов стрелкового вооружения бывшего «союза нерушимого» (деньги военным тогда фактически не платили, а прапорщик – нач.склада должен же хоть как-то кормить семью). Впрочем и сейчас, купить «ТТ» или «макаров» и даже «калаш» можно особо не напрягаясь, были бы деньги.
Постоянно слышишь сообщения о разборках со стрельбой за место парковки перед домом, за показавшимся обидное слово, за косой взгляд. Потом в милиции (простите, полиции)стрелявшие порой не могут толком объяснить, как это случилось. Нормальные вроде бы люди, многие с высшим образованием, кто-то «при должностях». На самом деле все просто: пистолет (даже травматика) дает обманчивое чувство уверенности в своих силах, ощущение, что я «круче» чем мой оппонент в споре и если не помогут слова и кулаки, я всегда смогу предъявить последний козырь.
Я не психиатр, но мне кажется, что в каждом обладателе «пушки» сидит подсознательное, загнанное внутрь желание хоть разок ее опробовать, стрельнуть по «живой мишени», если, как говорится, подвернется оказия. Исходя из наших реалий, оказия эта подворачивается довольно часто.
И дело тут даже не в недостатке общей культуры наших сограждан и как следствие в отсутствии умения вести диалог с оппонентом. Америка – более «продвинутая» страна в плане корректности, толерантности да и внешних приличий, однако там регулярно происходят кровавые бойни. Да он корректный и толерантный, а нажрался наркоты и «крыша» съехала. Потом в полицейском участке он сама благовоспитанность, а людей им убитых уже не вернешь.
Сегодняшнее, вступившее во взрослую жизнь поколение росло в очень жестокое время. Сострадание, жалость, ценность человеческой жизни, казалось, навсегда ушли в прошлое. С телеэкранов палили (и продолжают палить) на право и налево и бандиты и «менты» и обычные граждане. Дяди и тети. Что ни фильм или сериал – гора трупов. Смерть воспринимается легко и естественно (хороший герой стрельнул – плохой рухнул, но как-то по киношному). Кажется, что и в жизни также – я нажал на спуск -он упал, но потом обязательно встанет и отряхнется. Увы, не встанет и не отряхнется. Реальная жизнь ох как далека от кино, а за каждым упавшим стоит и он сам и его близкие и несбывшиеся надежды.
Все молодые мужчины, в детстве играли в компьютерные «стрелялки» (а других игр тогда практически не было). Переходил на более высокий уровень тот, кто больше «уложил» виртуальных человечков (вражеских солдат, спецагентов, террористов и т.д и т.п.).Каждый хотел набрать как можно больше очков. Вот и путают в конфликтных ситуациях многие выросшие мальчики компьютерную «мышь» со спусковым крючком приобретенной в магазинах «травматики», если иссякает словарный запас, а гнев еще не прошел.
Я думаю, что случаи, когда оружие действительно сможет защитить жизнь и имущество простых граждан от преступных посягательств, вряд ли будут иметь массовый характер, а вот побочный эффект от этого «огнестрела» в виде бытовухи с дырками на телах конфликтующих сторон – во много раз превысит его применение по прямому назначению.
Поэтому, если у нас, когда-нибудь будет принят закон о свободной продаже огнестрельного оружия, его правильнее было бы назвать законом о мерах по сокращению численности населения России.