Автор-Е. Опарин
Cаркастическое слово “совок” имеет двойной смысл.
По мнению употребляющих этот термин, прежде всего “совки” – это “советские патриоты”, которые стонут по “сильной руке” (“только массовые расстрелы спасут родину”) и неправильно понятой “социальной справедливости” (“отнять и поделить”) – то есть по Ульянову-Ленину, Джугашвили, Брежневу и в целом по советским нормам жизни (однопартийная модель, плановая экономика, запрет частной собственности на средства производства, контроль государства над всеми сферами человеческой жизни и т.д.), считая себя прежде всего “советскими людьми-интернационалистами”, а уже потом грузинами, евреями, армянами, русскими и т.д. Этот термин появился ещё в 1918 г., в годы перестройки И.Тальков использовал его преимущественно по отношению к сталинистам.
У них – свои мессии, боги и кумиры в лице Андреевых Нин.
У них – своё понятье равенства и мира в виде нелепых доктрин.
“Чем хуже, тем лучше” – закон дураков, вот цель этих штампованных совков.
Но есть и другой смысл слова “совок” – это безыдейный, безынициативный, пассивный, вороватый и склонный к пьянству человек “нового типа”, получившийся в результате “искусственного отбора” советской системы – уничтожения с 1917 года лучших русских людей и вытравливания положительных человеческих качеств из оставшегося населения.
По словам историка С.В. Волкова, “основа нормального социума – инициатива снизу и способность к самоорганизации. Совки таковой, кроме мелко-шкурной, не проявляют и самоорганизовываться не умеют”.
Типичные черты такого “совка” противоположны утопическому советскому идеалу “нового человека” – бескорыстного альтруиста, трудящегося ради всеобщего благоденствия. Наоборот, получившийся в результате советской селекции “совок” – это супер-эгоист, живущий исключительно низменными потребностями и не способный на деле проявить солидарность с другими людьми. В этом смысле “совком” может быть и номинальный “антикоммунист”, поносящий “Рашку” из-за низкого качества жизни и ничего в сущности не делающий для того, чтобы ситуацию исправить – ни на личном, ни на общественном уровне [1].
На психологический аспект советчины также указывал И.Тальков.
Они не думают, не чувствуют, не слышат, они не видят ни зги.
Они не любят, не страдают, не ищут, не напрягают мозги…
Они в создании своём не виноваты, их выпестовала власть,
Которой выгодно плодить дегенератов, чтоб ненароком не пасть.
И куда ж мы приплыли за 20 веков, если вся Россия стонет от совков.
В этом же смысле слово “совок” использовал церковный писатель о.Лев Лебедев, добавляя к перечисленным пунктам также безбожие, равнодушие или теплохладность в вере: “Новый народ – безбожный, тупой, верящий лжи и преступный, как партия, его вырастившая… Русскоязычное население, начисто лишённое, за редкими исключениями, даже чувства своего национального единства, а также веры, совести, правосознания и многого другого”.
Прот. Лев Лебедев считал “совком” и себя, выросшего и воспитанного в СССР (“это и есть мы, “совки”.).
При этом отец Лев всеми силами пытался выдавить из себя советский образ мыслей и советские стереотипы поведения, чему весьма способствовал переход в РПЦЗ, связанный с переосмыслением советских исторических мифов, усвоением православного, правового и беломонархического мировоззрения.
Таким образом, “совок” – это не национальность, как утверждают некоторые дилетанты (всероссийская перепись населения 2010 г. выявила лишь несколько десятков человек, указавших в графе “национальность” слово “советский”), а пробольшевитская система взглядов и (или) привитые большевизмом отрицательные черты характера.
Указанные характеристики “совка” (совпатриот и сверх-эгоист) могут или сочетаться в конкретном человеке, или существовать отдельно.
Взгляды и черты характера могут меняться в течении жизни, поэтому нет оснований говорить о “совковости” как о врожденной данности, что порой пытаются доказать создатели лженаучных расистских стереотипов. Правильнее говорить о неизжитом в народе наследии коммунизма, которое будет неизбежно преодолеваться по мере смены поколений, развития первичных форм демократии, рыночной экономики, свободы слова и т.д., если, конечно, политическая власть РФ не решится вернуться в полной мере к социалистическим и тоталитарным экспериментам [2].
В 1980-1990-е гг. первоиерарх РПЦЗ Митр.Виталий и другие зарубежные иерархи в своих проповедях использовали выражение “хомо советикус” преимущественно во втором значении.
[1] Однако такой “антикоммунист” может оказаться и “совком” в первом значении, ибо, отвергая на словах преступную теорию и практику коммунизма, он, подобно совпатриотам, также стонет по “сильной руке” и тоталитаризму иного порядка – напр., по Гитлеру и (или) мусульманской диктатуре. Эти люди также считают себя прежде всего “арийцами-интернационалистами”, а уже потом русскими, чеченцами, армянами, грузинами и т.д. Это явление мы наблюдаем сейчас сплошь и рядом. Появлением в России большого количества людей подобного склада мы также обязаны советской власти, 70 лет выжигавший в России традиции индивидуализма, свободы, частной инициативы.
[2] Думаю, что десоветизация российского общества будет неизбежно нарастать по мере того, как будут уходить с политической арены (и из жизни) воспитанные в СССР люди. Когда нет ленинской Совдепии, бомбардирующей общество лживым марксизмом-ленинизмом, то постепенно будут уходить в небытие и советские стеоретипы (например, за 25 минувших лет акцент в обществе сместился с “Великого Октября” на “Великую Победу”, которая уже рассматривается сама в себе, а не в ряду “побед и достижений соввласти”). Воспитанные системой элементы сейчас формируют политическую и социальную реальность (“советоидная РФ”). Однако без подзарядки ортодоксальным марксизмом-ленинизмом просоветские настроения в обществе погаснут, так как ересь национал-большевизма, являющаяся де-факто господствующей идеологией РФ, не имеет внутренней стойкости по причине вопиющей противоречивости, но неизбежно мутирует в головах её носителей или в сторону чистого марксизма-ленинизма, или в сторону внесоветского или даже антисоветского национализма.
Из “Википедии”:
Homo Sovieticus (псевдолатынь — «человек советский») — саркастическое название жителей Советского Союза и стран Восточного блока. Популяризовано советским социологом и писателем А. А. Зиновьевым в качестве названия одноимённой книги. Впервые употреблено в 1918 году в книге Сергея Булгакова «Пир богов». Соответствует сленговому слову «совок»
Основатели советской системы неоднократно указывали, что для построения коммунизма потребуется создание «нового человека». Homo Sovieticus — это саркастическое название того типа человека, который, по мнению оппонентов советской власти и коммунизма, действительно получился из таких попыток. По мнению употребляющих этот термин, типичные черты Homo Sovieticus зачастую противоположны идеалу «нового человека», и заключаются в следующем:
1) безразличие к результатам своего труда, что отразилось в советской поговорке «Они делают вид, что платят, а мы делаем вид, что работаем».
2) отсутствие инициативы и уклонение от любой личной ответственности
3) неуважение к общественной собственности, мелкое воровство на рабочих местах. Отношение к общественной собственности отразилось в поговорке: «Тащи с завода каждый гвоздь — ты здесь хозяин, а не гость».
4) общественная пассивность и безропотное подчинение любым действиям правительства
5) склонность к тяжёлым формам пьянства
Психологический тип Homo Soveticus сохранился и в постсоветской РФ. По мнению учёного, к таким традиционным чертам психотипа как социальное лицемерие, патернализм, подозрительность и изоляционизм добавились цинизм и агрессия. Эти негативные изменения стали результатом ограничения общественных свобод, а также искажённых экономических и моральных стимулов, внедряемых российскими властями.
Исследователи отмечают, что «советский» менталитет не ограничен старшей возрастной группой, как предполагалось ранее. В нарушениях в ходе парламентских выборов 2011 в Москве принимали участие не только пожилые россияне, но и молодёжь: тысячи молодых людей были свезены в столицу со всей России для организации вброса бюллетеней. Как отмечают учёные, эта молодёжь, в своём большинстве, родилась после распада СССР. Как и ранее в СССР, лишь небольшая часть населения проявила готовность протестовать против нарушений на выборах.
По мнению британского еженедельника The Economist, после падения коммунизма в 1991 году как в России, так и на Западе появилась надежда, что в России укоренятся западные моральные ценности и страна войдёт в орбиту развитых стран мира. Такая точка зрения не учитывала степени разрушения экономики России, величины психического истощения людей и глубины морального разложения за 70 лет советской власти. Никто не имел представления, какой тип государства заменит СССР и что значит «быть русским».
Одной из характерных черт советского менталитета была психология «осаждённой крепости» — страны, окружённой кольцом врагов. Как указывает The Economist, эти настроения стали усиленно насаждаться через систему государственной пропаганды после прихода к власти В. В. Путина.Через несколько лет после прихода Путина к власти (в 2004 г.) значительно сократилось число людей, считающих, что россияне ничем не отличаются от жителей других стран и выросло число тех, кто считает РФ «осаждённой крепостью». По мнению журнала, «Россия в кольце врагов» была любимой формулой Сталина. Путин вернул эту концепцию к жизни, в ряду других символов советской эпохи. Журнал отмечает, что пропаганда концепции «осаждённой крепости» предназначена лишь для внутреннего употребления, поскольку российские элиты предпочитают держать свои капиталы на Западе и там же проводить свободное время, учить детей и т.п.
http://pereklichka.livejournal.com/