Имитаторы.

С обыском от Следственного комитета пришли в 9 утра 22 июня.Как видите, копают под Юрия Екишева, друга Владимира Квачкова. То есть, неизвестное лицо в неизвестное время размещало в моем блоге материалы Народного ополчения Минина и Пожарского, направленные на возбуждение ненависти к евреям (иудеям). Изъяли мои ноутбуки и электронные носители информации, блокноты и даже книжку “Третий проект. Спецназ Всевышнего” (2006 г. изд.). Пока допросили как свидетеля (без допроса меня держали в Дорогомиловском МРСО ГСУ СК до самого вечера). Протокол допроса занял два абзаца. Когда я познакомился с Юрой Екишевым? И знал ли о его работе? Никаких конкретных материалов мне не предъявили – чего я там размещал. Юру Екишева встретил в коридоре, пожал ему руку. Нечасто мы виделись за последние годы. Пока все. Но в любой момент мой статус может измениться на подозреваемого.Значит. могут закрыть. От своих великодержавно-патриотических взглядов отрекаться не стану.Спасибо всем за участие и поддержку. –МАКСИМ КАЛАШНИКОВ: ПОКА Я СВИДЕТЕЛЬ И НА СВОБОДЕ.http://novorossia.pro

*        *        *

ЭЛЬ МЮРИД:ИМИТАТОРЫ.

ЭЛЬ МЮРИД: ИМИТАТОРЫ

Обыск и задержания Калашникова, равно как и действия в отношении Кунгурова, демонстрируют то, что власть в очередной раз интеллектуально нища и беспросветна. Она создает проблему из того, что на самом деле является решением, соответственно, лишь усугубляя и без того неразрешимую ситуацию.Появление интернета поставило не только перед российскими, но и вообще перед всеми национальными правительствами вопрос об отношении к внезапно вышедшему у них из-под контроля гражданскому обществу, которым они так или иначе, но умели управлять – где через репрессии, где через манипуляции. Интернет, как принципиально новое средство массовй коммуникации, самой своей сетевой организацией, как песок просочился сквозь созданные иерархические решетки контроля за обществом.При этом, конечно же, никакой интернет не изменит главные решетки – в голове у человека. Эту задачу власти разных стран успешно решают через массовое оглупление, одичание и примитивизацию. И никакие технические инструменты здесь не помогут.Тем не менее, интернет, а затем, и как его развитие – социальные сети – стали альтернативой и параллельной реальностью, которая крайне слабо управляется обычными традиционными методами. Государственные структуры в разных странах пытаются нащупать методы и инструменты, позволяющие им взять под контроль эту весьма неприятную для них самоорганизующуюся систему.Россия не исключение. Будучи почти классической феодальной деспотией, современная Россия предельно отрицательно относится даже не к свободе слова, а свободе от страха перед собой. И решает проблему не менее классическим образом – через репрессии.

Закавыка в слове “почти”, когда мы говорим “почти классическая феодальная деспотия”. Мы все-таки отличаемся от классики. Отличаемся тем, что у нас нет классического сословного общества, основанного на принципах служения. Да, у нас есть сословия, даже есть касты (каста неприкасаемых друзей первых лиц, к примеру), но проблема в том, что к неотчуждаемым сословным правам всегда прикладываются и такие же неотчуждаемые сословные обязанности. Право властвовать подразумевает обязанность отвечать – в том числе и своей жизнью – за провалы в решениях. Право вести бизнес означает обязанность отвечать всем своим достоянием за провалы в экономических и финансовых решениях. Особенность путинского феода в том, что раздав щедрой рукой права правящему сословию, власть полностью освободила его от любых обязанностей, оставив лишь одну – безусловную преданность (что, кстати, тоже не соответствует сословным правилам и обычаям – любой вассал всегда имел право перейти под руку иного сеньора, что вынуждало сеньоров относиться к своим вассалам как к исчерпаемому и очень важному ресурсу – то есть, бережно)

Все это приводит к тому, что для проведения репрессий у путинского режима нет инструмента. Точечные посадки – да, без проблем. Массовые репрессии – нет. Силовые структуры сегодня – это поголовно бизнес-проект, а не опора трона. В этот проект совершенно не входят массовые репрессии, их просто нет в мануале, так как это означает, что любые репрессии в отношении любой социальной или сословной группой будут завершены репрессиями в отношении самих репрессантов. Будь нынешние силовики классическим служивым сословием – они были бы вынуждены принимать это как неизбежность. Но они – бизнесмены, и лишь извлекают свой доход, зачем им такой экстрим?

ЭЛЬ МЮРИД: ИМИТАТОРЫ

Этим и объясняются все недо-шаги властей. Мы не проводим реформы, а имитируем их (точнее, даже не их, а попытки проектирования реформ). Мы не воюем, а принимаем участие в войнах (что в Грузии, что на Донбассе, что в Сирии). Даже если у кого-то и закрадывается мысль: а давайте возьмем и победим врага, то его немедленно призовут к порядку и заставят отказаться от такой крамольной мысли.

Та же самая ситуация и с репрессиями – власть не способна на массовый и системный террор. Не понимая, как именно ей нужно реагировать на внезапно появившееся неподконтрольное ей пространство, она при этом неспособна ни сформулировать свое отношение к нему, ни взять его под контроль, ни отпустить его в свободное плавание. Остаются судорожные и откровенно дебильные решения типа “пакета Яровой” или точечных арестов и задержаний. Проблему это не решает, да никто такой задачи и не ставит: основа всей деятельности нынешних властей – лишь имитация любой деятельности. Они даже воруют по-дурацки: им уже в открытую говорят, что в конечном итоге все равно всё отберут и пустят по миру, но нынешние уже не могут остановиться и изменить поведенческие рефлексы.

ЭЛЬ МЮРИД