Обращения к Путину из котлована.
Какие-то видеообращения становятся сверхпопулярными, другие не смотрит почти никто. Теперь, благодаря работе режиссера Андрея Грязева, лучшие фрагменты из этих видео собраны воедино. Документальный фильм Андрея Грязева "Котлован" начинается с фрагментов телесюжетов, посвященных различным происшествиям в строительных котлованах – порой со смертельным исходом. Возможно, вся РФ – это бесконечная стройка, давно заброшенная прорабами?
После премьеры фильма "Котлован" на Берлинском кинофестивале Андрей Грязев ответил на вопросы Радио Свобода.
– В русской культуре копирайт на слово "котлован" – у Андрея Платонова. Хотели бы вы, чтобы зрители вспоминали Платонова, и что сближает ваш замысел с его романом?
Котлован – это метафора разрыва между двумя сословиями: как сказал Сурков, глубинный народ и власть
– Поначалу мне хотелось заострить внимание на обращениях к президенту. Огромное количество материала, 80 часов, несколько тысяч роликов. Первоначальная версия фильма была три с половиной часа. Хотелось рассказать о проблеме каждого. Каждый герой самодостаточен, каждый требует отдельного фильма. Тогда я стал искать общность не в личных вопросах, а в векторе, в том, что они выбрали именно такую форму, как видеообращение, выложенное на YouTube. Я стал сокращать их высказывания, они становились обезличенными, и появилась общность, которая требовала определенной метафоры. С "Котлованом" Платонова роднит отсутствие цели, строительство недостижимого будущего. Платонов пытался предсказать развал строя, а я говорю о том, что люди забывают, что они строят. Непонятный процесс заменил саму жизнь, и люди в этом котловане живут, развлекаются, купаются, плавают, как в братской могиле. Чем это дольше происходит, тем глубже становится дно и мы дальше отдаляемся от края. Сейчас до горизонта невозможно даже докричаться. Котлован – это метафора разрыва между двумя сословиями: как сказал Сурков, глубинный народ и власть.
– Россий эРэФий существует много. Есть Россия журнала "Татлер", есть Россия посетителей ярмарки "Нон-фикшн", есть Россия кинокритиков, которые приезжают на Берлинский фестиваль…
– Есть "Россия-Москва"…
– И есть "Россия-Петербург". Какую Россию показываете вы?
Этот фильм создала сама власть и граждане этой страны: они взяли камеры и сняли материал
– Я показываю настоящую Россию эРэФию, которая находится за МКАДом. Этот фильм создали сама власть и граждане этой страны: они взяли камеры и сняли материал. Я как режиссер не принимал никакого участия ни в рождении тем, ни в рождении материала. Я хотел найти противопоставление между благодарностями и требованиями, но кто будет высказывать свою благодарность в такой форме? Я хотел сделать противопоставление: Россия за МКАДом и Москва. Но ни одного ролика из Москвы с душевным криком не нашел. Кроме того, теперь пропали многие видео, которые вошли в фильм.
– Стерли из YouTube?
– Да, все исчезает, чтобы не оставалось никакой памяти. Если ты владеешь прошлым, ты можешь управлять будущим.
– В конце вы указываете количество просмотров каждого обращения…
– Это было важно зафиксировать: название, год, когда это выкладывалось и количество просмотров. Это как социологический опрос. Если внимательно посмотрите, там есть пропуск, 2014 года практически нет.
– Патриотический порыв заглушил волну жалоб?
– Было присоединение Крыма, олимпиада в Сочи, эйфория, может быть, люди почувствовали себя в псевдораю, поток прекратился. Но потом он стал набирать силу.
– "Улица корчится безъязыкая – ей нечем кричать и разговаривать". Россия обрела язык?
– Это был один из вопросов, когда я начинал работать над этим фильмом. Летом были выборы в Московскую городскую думу, опять стали собираться толпы людей, доходило до ста тысяч. Я тогда задумался: существует ли гражданское общество или консолидация происходит только из-за ошибок власти, когда весь процесс выходит из-под их контроля? Фильмом я себе ответил на этот вопрос. Власть хочет показать эту разрозненность, то, что если какие-то проблемы и есть, то они единичные, но фильм показывает массовое сознание, которое прекрасно понимает, в каких проблемах оно живет.
– В этой статистике есть очень скромные цифры – 200–400…
– Даже 4 просмотра есть!
– А самое успешное видео?
– Два с половиной миллиона – это такая баба Валя. Я изучал каждого человека, чтобы убрать ролики ради поднятия хайпа, ради лайков. Узнал, что эту бабу Валю снимала чуть ли не соседка. Первые ее ролики – это действительно были высказывания. Потом она почувствовала запрос и стала многие вещи высказывать специально. Это я убрал, этого нет.
– Иностранец посмотрит ваш фильм и решит, что Россия – кастрюля, у которой сейчас слетит крышка и начнется бунт. Но в самом ли деле это так?
– У них действительно такая позиция, потому что они сравнивают со своей жизнью. Нам же в котловане сравнивать практически не с чем. Плюс за счет пропаганды рисуется такой мир, в котором есть законы, в котором что-то действует. Рисуется образ Деда Мороза: вроде бы его нет, но подарки получить можно. Русский народ должен во что-то верить, в Бога, в царя, в правду, в надежду. Но это забалтывание реальных проблем.
– Вам, москвичу, кинематографисту, человеку из другой среды, понятны и близки эти люди, которые живут бог знает где, Бог знает как и обращаются к Путину как к Богу?
Власть пытается сказать нам, что мы никто. Но мы являемся народом
– То, за кого они голосуют и кем работают, это их внешние проявления. Нужно входить в психологию каждого. Внутренне я всех их понимаю, потому что сам недалеко от них ушел, я живу точно такой же жизнью. Это не жизнь, а выживание. Поэтому я себя ставлю на их уровень, считаю их по праву своими соавторами, что и показываю в титрах – демонстрирую уважение к каждому человеку, который прилюдно высказал свою проблему. Самое главное – это заявить, что ты есть, ты жив. У Платонова была девочка, ее спросили: "Девочка, ты кто такая будешь?" Девочка сказала: "Я никто". Власть пытается сказать нам, что мы никто. Но мы являемся народом. В большинстве роликов человек показывает себя личностью, он говорит: я решился, я дошел до того, чтобы высказаться, а вот они не понимают, они ничего не делают. Есть единое "мы" – это надо признать, оно существует.
– Этот фильм – фактически самиздат, вы сделали его без продюсеров, спонсоров, грантов…
– Как и предыдущие три полнометражных фильма. Это мои деньги, мое время, моя жизнь. Интересный факт: как сейчас в интернете реагируют на трейлер. Он стал некой точкой отсчета, новогодней елкой, вокруг которой можно собраться. Под этим трейлером уже начинают добавлять свои видео, получается такой флешмоб. На каком-то сайте дошло до полутора тысяч комментариев. Появился продукт, который показал, что мы русские едины, мы есть.
полностью:https://www.svoboda.org/a/30462346.html